13
0
– Счас развеселю, – не очень-то поверил в генеральскую злость Каверин.
Для кого злой, а для кого и отец родной. Каверин молодцевато расправил плечи, открывая дверь в кабинет.
Позабыв поздороваться, так его распирало, Каверин начал прямо с порога:
– Ну, Петр Ильич, висяк-то я размотал…
Труп – дело рук преступной группировки Белова.
Приблизившись к огромному генеральскому столу, он, как козырного туза, выложил перед Чуйковым ордер.
– Есть факты, доказательства. Ордер подпишите.
Петр Ильич ордер взял в руки, внимательно прочитал его и, вместо того чтобы поставить на нем свой размашистый автограф, бросил бумагу в нижний ящик своего безразмерного стола.
Челюсть Каверина начала медленно отвисать: он ровным счетом ничего не мог понять из того, что происходило.
Между тем физиономия генерала Чуйкова приобретала несвойственный ей алый оттенок.
– Белов, говоришь? – генеральская шея багровела прямо на глазах. – Ну-ну… – Он стал медленно подниматься из-за стола и заговорил с уже едва сдерживаемым бешенством. – Ты, Владимир Евгеньевич, знаком с Артуром Лапшиным, предпринимателем?
– Да знаком, ясный перец! Вот и заява от него, – он стал доставать из папки заявление, подписанное Артуром. – А что стряслось-то?
Чуйков побагровел теперь весь – от кончиков ушей до лысой макушки. Он несколько раз вздохнул, все еще пытаясь сдержать ярость, но это было уже выше его сил. Он заорал так, что задрожала люстра и жалобно подпрыгнули чернильницы, когда генерал со всего маху опустил кулак на дубовую столешницу.
Генеральский кабинет слышал, конечно, многое, но такой отборный мат, скорее всего, прозвучал здесь впервые.
– Ты что, па-адлец, совсем (здесь генерал употребил все знакомые ему возвратные глаголы сексуального характера)!!! Думаешь (генерал вспомнил дальних и близких родственников подчиненного, совершавших необдуманные поступки опять же остро сексуального характера)… умник (генерал достиг высот виртуозности – на два слова, прилагательное и существительное, приходилось четыре матерных)!.. А из-за тебя и меня (глагол был один, но опять же нецензурный и очень емкий)!..
В общем, бумагу генерал подписал размашисто. Только это был не ордер на арест Белова, а приказ об увольнении капитана Каверина В.Е. из рядов доблестной советской милиции…
* * * * *Лейтенант Коноваленко в темных очках сидел за столиком Шереметьевского бара с развернутой «Financial Times». Поверх совсем не интересовавшей его газеты он поглядывал на Артура Лапшина, нервно пившего рюмку за рюмкой.
Диктор аэропорта объявила рейс на Дюссельдорф.
– Кажется, ваш? – участливо поинтересовался лейтенант у бывшего предпринимателя.
Тот словно бы проснулся. Тяжело поднявшись из-за стола, Артур с ненавистью глянул на усмехавшегося соседа.
