12
0
– Война – фигня, главное – маневры, – бодро улыбнулся в ответ Саша, будто все, чем занимался сейчас Фил, его касалось меньше всех.
– Да ты что, Фил вообще стратег, каких мало, – вмешался Космос.
– Ну что, может, посадим пару человек в кустах? – предложил Фил.
– Давай, – кивнул Белый.
Пчела и Космос курили вместе с бойцами. На шоссе впередсмотрящими остались лишь Белый с Филом. Фил почувствовал, что он должен именно сейчас сказать то, что давно собирался. Не ровен час… Хотя думать о худшем не хотелось.
Похоже, о чем-то подобном размышлял и Белый. Хотя всем своим видом он демонстрировал полное самообладание. Но немножко переигрывал. Внутреннее напряжение проявлялось именно в этом слишком явном спокойствии, чуть ли не равнодушии. Впрочем, Фил не был слишком хорошим психологом. Хотя даже он заметил, как подрагивают Сашины ресницы.
– Брат, ты меня прости… – начал Фил. Саша скосил на него глаза, при этом не упуская из вида шоссе.
– Прости за ту гранату, в подъезде…
– Да ладно, все в порядке, – примирительно отозвался Саша.
С пригорка, из-за перелеска вывернули три машины. Конечно же, «мерсы».
– Едут! – раздался напряженный голос одного из бойцов.
– Приготовили стволы! – распорядился Фил. Бойцы мгновенно разобрали укороченные «калаши» из багажника. В углу остался лежать явно лишний здесь предмет из параллельной, мирной жизни – футбольный мяч с черными шашечками.
Как и рассчитывал Фил, таджики остановились очень удобно. Для Бригады, конечно. Они встали на повороте шоссе – так, что от них до невидимой им воды было всего-то метров двадцать – тридцать.
Таджикские бойцы с оружием в руках заняли, что называется, оборону. Из головного «мерса» вышли трое. Один – пожилой, со стриженой седой бородой. Второй – с круглым лицом, всклокоченными воздушными волосами и тоненькой ниточкой усов над верхней губой. Третий был гладко выбрит, зато глянцевые черные волосы падали на плечи. Глаза его прикрывали щегольские темные очки овальной формы. Длинное летнее пальто доходило почти до пят, из-под обшлагов виднелись белоснежные манжеты рубашки, поблескивали массивные золотые запонки.
Длинноволосый собрал волосы в хвостик, стянул резинкой. И неторопливо, в гордом одиночестве двинулся по шоссе в сторону противника.
– Пчел, тебе страшно? – хихикнул, подначивая, Космос.
– Очень, – в тон ему ответил Пчела.
– А уж мне как страшно… – Космос скорчил гримасу, как на африканской маске из коллекции отца.
– Сначала я хочу увидеть того, – с сильным восточным акцентом крикнул длинноволосый, – с кем я говорил по телефону. Если ты мужчина, иди сюда!
– Что? – дернулся Пчела. – А ну, урюк, иди сюда!
Он уже сделал шаг вперед, но Белый довольно резко остановил его. И сам направился к таджику.
