Бригада (1-16)

Судя по краткой информации с места событий, Муса остался в стороне незапятнанным. И продолжает нелёгкую и опасную работу.

Но почему он молчит? Последний сеанс связи прошёл слишком коротко. Агент сообщил, что находится в посёлке Первомайском и надеется в самое ближайшее время отследить пути переправки на Кавказ золотого песка и самородков. О наркотиках, тоже интересующих генерала — ни слова. Или он еще не успел выйти на наркодельцов, или вышел, но не до конца, многое осталось не ясным. Абрек терпеть не может недосказанностей — поэтому и молчит.

Хуже нет неизвестности! Игорь Леонидович нервничал, постоянно сосал валидол, загонял своих помощников.

Какие там успехи, когда террористы продолжают жировать, то там, то здесь гремят взрывы, гибнут мирные люди. И всё это потому, что человек, возглавляющий операцию, не может сосредоточиться на главном — подыскать связника и отправить его к Мусе.

Он мысленно перебирал в памяти всех своих помощников и агентов. Связник обязан до тонкости знать обстановку на Кавказе — это элементарно! — по внешности не должен отличаться от тамошних жителей, владеть чеченским и ингушским языками, уметь входить в доверие… Слишком много требований!

Вот разве задействовать законспирированного агента по кличке Фотон, в миру — Шмидт? Глупо! Начальник охраны Фонда не знает Кавказа, если и был там, то только в качестве туриста.

Его мигом расшифруют и ликвидируют… Потом — Фотон ни за что не согласится уйти с занимаемого поста. По оперданным он не только возглавляет охрану Системы, но и является гражданским мужем её Президента.

Других кандидатур не просматривается. Пока не просматривается…

В зимний погожий день, когда генералу нестерпимо хотелось покинуть кабинет и прокатиться на лыжах, неожиданно позвонила Белова.

С нынешним временно исполняющим должность президента Фонда молодой оперативник, капитан Игорь Введенский познакомился, когда посетил концертный зал филармонии. Он не был меломаном — слушать Баха, Гайдна или Бетховена заставило очередное расследование. Тогда он пас сотрудника германского посольства, по совместительству — резидента разведки."

"Иногда перезванивались, значительно реже встречались. Тонкая наивная девушка приглашала понравившегося парня на очередной концерт с её участием.

Игорь с трудом находил свободное время и предлагал либо прокатиться по Москва-реке на прогулочном теплоходе, либо отведать в грузинском ресторанчике удивительно вкусное сациви.

Скрипачка безостановочно болтала о сплетнях и дрязгах в музыкальном элитном обществе, о своих успехах или поражениях. Фээсбэшник, как правило, отмалчивался. Не говорить же о проводимых расследованиях? Его служебные переживания и заботы — табу! Они подведомственны только ему и его начальству.