23
0Попадись он сейчас — минуты бы не прожил.
Белов с удивлением и невольным уважением смотрел на твердокаменную таёжницу. Одновременно, он вслушивался в рассказ Ватсона, вылавливал из него частицы полезной информации.
— … прибежали на площадь, а там стоит японский джип. Странная картинка — захудалый посёлок и навороченная иномарка. Как-то не вяжется. Из него выходит парень, по внешности — настоящий русак…
Поточней нельзя? Какой рост, во что одет, какие-нибудь шрамы или родинки увидел?
Док растеряно потёр ладонью лысину. Меня, дескать, человеческое нутро интересует, его изучил от А до Я.
Злой презрительно отвернулся. А вот философ неожиданно «нарисовал» подробный портрет пассажира джипа. С такими подробностями, что самый опытный сыщик уголовного возраста позавидует."
"Да, это же Литвиненко! Бывший старший лейтенант ФСБ, превратившийся в щестёрку Зорина. Так вот кто организовал неожиданное переселение жителей Первомайского! Причины пока не ясны, но всё, что связано с бывшим партнёром по теннисному корту и по криминальному бизнесу, припахивает большими деньгами и, соответственно, — кровью.
Прежде чем принимать контрмеры, необходимо спасти от неминуемой расправы Ярославу. Не зря же Омар пытался овладеть девушкой в тамбуре купейного вагона, не так просто застрелили её деда, единственного родного ей человека и защитника.
— Придётся в очередной раз соскочить, — шёпотом объявил он своё решение. — Пока разойдёмся, не будем привлекать внимания охраны…
«Охране» было не до наблюдения за подозрительными парнями. Забыв о гордости джигитов, ваххабиты, забросив за спины автоматы, вместе с пригнанными мужиками, вкапывали столбы, натягивали колючую проволоку, строили грибки для часовых.
Час от часу не легче, с тревогой подумал Белов. Нужно торопиться, с натянутой колючкой без специальных ножниц не справиться, да еще под стволами охранников.
Нужно бежать… Куда, в какую сторону? Превратиться в корм для диких зверей? Прежде, чем сваливать из этого концентрационного лагеря, нужно расспросить знающих таёжников.
Остаются старики.
Прогулявшись по лагерю, Белов выбрал согбенного, беспрерывно кашляющего деда. Годков восьмидесяти, не меньше.
Дедуля, ты в тайге все тропы знаешь?
Да, уж, хожено-перехожено, — пересиливая разрывающий грудь кашель, хвастливо отозвался старик. — По молодости белковал, добывал и соболя и горностая.
