Она поставила один из стаканчиков из «Старбакса» мне на стол и подтолкнула вперед, пока тот не уперся мне в предплечье.
Я покосился на него, а затем вновь перевел взгляд на экран ноутбука.
– Что это за хрень?
Я и сам не понимал, про что именно спрашивал – про ее наряд или напиток из «Старбакса». Сегодня Хэллоуин? Я на всякий случай открыл календарь. Нет. Я ничего не напутал, сейчас начало декабря.
– Это твой кофе. А завтрак ждет на кухне.
Она швырнула свою курьерскую сумку с изображением Харли Квинн на коричневый кожаный диван, стоящий в углу кабинета.
Мне потребовались все мои силы, чтобы не швырнуть стаканчик с кофе в стену и не уволить ее ко всем чертям.
К тому же благодаря своим большим невинным глазам, она намного лучше подойдет для дачи показаний, чем мой бывший психиатр.
Черт. Квартира. Стремясь уговорить ее взяться за эту работу, я пообещал много разного дерьма, которое сейчас необходимо уладить.
Я втянул щеки, чувствуя, как у меня сводит челюсти.
– Принеси мне завтрак, – прошипел я.
– Нет, – откашлявшись и вздернув подбородок, спокойно ответила она. – Думаю, Ваше высочество, вам стоит отправиться на кухню и позавтракать вместе с вашими верноподданными. На мой взгляд, знакомство с коллегами очень важно. Ты в курсе, что там собралась половина этажа? А еще сегодня, как и всегда по пятницам, подают французские тосты.
Она вздернула подбородок еще выше в ожидании моей реакции.
Конечно же, я этого не знал. Но от одной мысли, что придется выйти из кабинета и провести время с незнакомыми мне людьми, все внутренности свело в агонии.
Пока она смотрела на меня сверху вниз, я гадал, что же происходило в ее пурпурной голове. А еще меня интересовало, почему она выбрала этот цвет. Он совершенно не раздражал меня. И прекрасно подходил к ее округлому лицу и эксцентричному стилю. Она знала – ох, Эмилия ЛеБлан охренительно хорошо знала, – что с легкостью может поставить мужчину на колени, поэтому никогда не утруждала себя выбором красивых платьев и макияжем.
И все же я достаточно хорошо знал Служанку, чтобы понять, что она не притворялась.









