Бездушный

Это прозвучало так, будто я приготовил для нее сюрприз, хотя на самом деле оказался полным и неисправимым дилетантом. Черт побери.

– С чего это вдруг? – спросила она, слегка придя в себя от вызванного алкоголем дурмана.

– Потому что я так сказал, – отрезал я.

– Попробуй еще раз. И в этот раз не веди себя как придурок, – сонно сказала она.

Черт побери, эта женщина вела себя как наставник по примерному поведению. Я сделал глубокий вдох.

– Я хочу, чтобы все прошло идеально, – объяснил я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более ласково.

Ее ресницы затрепетали, а глаза закрылись.

У него была идеальная семья. Удивительные родители, везде успевающие сестры. И все в таком духе. Но какими бы классными они ни были, я бы не стал хранить их фотографии в квартире, которая считается моей. Так что Эмилии я никак бы не смог объяснить их появление на стенах, а говорить, что эта квартира принадлежала Дину мне не хотелось.

Но это не так.

Я желал трахнуть Эмилию, потому что хотел заполучить ее киску с тех самых пор, как впервые увидел ее за дверьми библиотеки, и знал, что эти удивительные глаза станут преследовать меня.

Я опустил Эмилию на кровать и попросил не открывать глаза, а сам бросился в гостиную. Собрав все фотографии Дина и его семьи, я засунул их в кладовку. А их оказалось очень много. Они, блядь, висели повсюду: в гостиной, кухне и коридоре.

Черт! Ну почему его семья была не такой дерьмовой, как у меня. Он мог привести ко мне в квартиру все подразделение ФБР, полсотни агентов ЦРУ и долбаную Нэнси Дрю, но никто бы не догадался, что там живу я. А Дин в своем доме разместил фоток семьи больше, чем висело в любом семейном ресторане Америки.

Мне потребовалось десять минут, чтобы избавиться от всего этого хлама. Но когда я, запыхаясь, ввалился в спальню, то увидел, что Эмилия развалилась на матрасе, раскинув руки, словно собралась делать снежного ангела, и посапывала.

Посапывала.

Не просто лежала. А посапывала.

Она заснула!

Черт подери!

– Большое спасибо, Коул, – пробормотал я, прикусывая собственный кулак, чтобы подавить крик разочарования.

Этот день закончился ничем. Мы не станем трахаться. Ну, во всяком случае, сегодня. Не то чтобы этот день прошел ужасно – нет, по большей части мне все понравилось, – но я согласился на эту прогулку лишь потому, что знал, что ожидает меня в конце.

На долю секунды в голове возникла мысль разбудить Эмилию «случайно».