– Мы закажем еду и поужинаем, но на этом все, – предупредила она и только потом отошла в сторону, разрешая мне войти в ее маленький мир.
Я ворвался в ее квартиру и в ее жизнь. Пол цвета светлого дерева дополнялся белыми стенами, кухонным гарнитуром и немногочисленной мебелью, видневшейся в открытой планировке помещения. Это место напоминало психиатрическую больницу. В углу гостиной рядом с окном, в котором виднелся город, стоял мольберт и большой холст с незаконченной картиной. Вишневое дерево на берегу озера. Рисунок получился настолько ярким и четким, будто стоит протянуть руку, и ты окажешься там.
Интересно. Выходит, Служанка рисовала картины. Меня это не удивило. Она действительно была талантлива. И ее мазня не выглядела безвкусной или навеянной модой. Ее творчество наводило на размышление. Но при этом не граничило с безумием. На самом деле оно показалось мне практически идеальным.
Служанка стояла ко мне спиной. И мы оба смотрели на картину.
– Почему именно цветущие вишни? – спросил я на десять лет позже, чем следовало.
Служанка всегда неровно дышала к этому дереву. Она рисовала и прочую фигню на всем, что попадалось под руку: учебниках, рюкзаке, одежде, руках. Но цветы вишни встречались чаще остального. Да она даже волосы выкрасила в тот же оттенок.
– Потому что они красивы и… не знаю, цветы так быстро увядают. – По тону ее голоса я догадался, что она улыбалась. – В детстве бабушка каждую весну возила меня в Вашингтон на фестиваль цветущей вишни. Только меня. И я целый год ждала этой поездки.
Она замолчала на мгновение."
"– Но когда мне было семь лет, она заболела. У нее обнаружили рак. И поездки пришлось отложить. Я с трудом понимала, как она могла умереть, уйти и больше не вернуться, поэтому она рассказала мне о сакуре. В Японию люди съезжаются со всего мира, чтобы посмотреть, как цветут деревья. Этот сезон длится недолго, но зрелище захватывает дух.
Ее глаза медленно закрылись, а губы приоткрылись для глубокого вдоха.
Она замолчала, а у меня, черт побери, перехватило дыхание. Потому что я понимал, почему она замолчала. Из-за меня.
И того, что я сделал.









