290
0Так что и Алла не осталась внакладе, и Альберт не с голым задом.
И вот, эти лжецы получили каждый что хотел, а он, честный мент, вынужден начинать все сначала. К восьми утра шестого дня расследования у него не осталось ни одного подозреваемого. Где справедливость? За этими невеселыми мыслями Гурова и застал Крячко.
— Снова хандрим? — произнес он, войдя в кабинет.
— Есть отчего, — ответил Лев. — Забиулин с крючка сорвался, Кадацкая тоже, про остальных я вообще молчу. И где теперь преступников искать?
— Так вот в чем твоя печаль, — тоном цыганки с вокзала протянул Стас. — А я подумал, действительно что-то серьезное.
— По-твоему, это несерьезно?
— Не кисни, придумаем что-нибудь.
— Например, объявление повесим: просьба всех участников гольяновской резни прийти с повинной в Главное управление, — невесело пошутил Лев.
— А хоть бы и так, — подхватил Крячко. — Сдается мне, парни эти, кем бы они ни были, рекламу уважают.
— Еще бы, такое выступление устроили, а зрителей не получили. Даже соседи их художества не услышали и не увидели. Должно быть обидно.
— Наверняка кто-то видел, совсем без зрителей не бывает, — заметил Стас. — Эх, жаль, я сегодня на особом задании, а то бы сгонял с тобой в Гольяново, поискал зрячих и слышащих.
— А мне придется ехать, — вздохнул Гуров. — Больше вариантов нет. Или найду свидетелей, или сдам дело в архив. И на кой черт Кадацкий таскался в Гольяново?
— Любовница, — бросил Крячко. — Насмотрелся на своих клиентов, экзотики захотелось. Нашел женщину попроще, а чтобы с ней перед братьями по бизнесу случайно не «засветиться» и имидж свой не подпортить, снял квартиру в таком районе, куда они точно не сунутся.
— Ты квартиру видел? Подобное жилье для интимных встреч не снимают.
— Кто-то снимает, — пожал плечами Стас. — Говорю же — экзотика.
У него зазвонил телефон, он взглянул на дисплей:
— Все. Шеф вызывает, погнал я, — и, махнув рукой, направился к двери. У самого порога остановился: — Да не кисни, напарник, найдешь ты своих преступников. Прямо сегодня и найдешь.
— Иди уже, предсказатель, — улыбнулся Лев. — Как освободишься со своего особого задания, звони. Вместе посидим, подумаем.
Крячко ушел, Гуров еще какое-то время оставался в кабинете, но вскоре ушел и он. Помощи Юхимишина он просить не стал. Смысл? В прошлый раз не сработало, значит, теперь придется действовать самому.
В Гольяново доехал за час, собрав пробки везде, где только было можно. Поставил машину возле дома, где убили Кадацкого, дошел до подъезда и вдруг резко развернулся и направился на другую сторону дороги. В тот дом, где грозная женщина-гора не дала ему возможности провести поквартирный опрос. На этот раз препятствий он не встретил.
