Продавец острых ощущений

Стас Крячко со своими кинозвездами задержался до самого вечера. Слова Дарины Цохнир насчет прагматизма Гарика передал слово в слово. Сам Крячко мнением одной Дарины не удовлетворился, вернулся на «Мосфильм» и повторно пообщался с помощницей костюмерши. Благодаря этому история скандала, устроенного Гариком, обросла новыми подробностями, но все они лишь подтверждали мнение Дарины, так что из списка подозреваемых Гарика вычеркнули.

Звезда номер два, стареющий актер второго плана, отнял у Крячко уйму времени. В силу возраста он страдал легкой формой старческого слабоумия, поэтому никак не мог сосредоточиться на вопросах Крячко. Праздник он устраивал сам себе, а платить за все пришлось сыну. Недовольство актера проистекало все из того же слабоумия — для того чтобы он вспомнил, что праздник состоялся, сыну приходилось напоминать ему об этом минимум раз в неделю.

Странно, но о том, что он сделал заказ Кадацкому, старик не забывал, о том, что сын отдал деньги, тоже, а вот праздник постоянно выпадал из памяти. Здесь, по мнению Крячко, вообще нечего было ловить, так что и второго его клиента Гуров из списка удалил.

Последним в Управление вернулся Минаев. Задание он провалил, так и не добившись встречи с футболистом, но Лев решил дать ему еще один шанс, отправив к футболисту повторно, но теперь на пару с Крячко.

— Что получается на текущий момент, — подвел он итог. — Из девяти кандидатов под подозрением остается один. Это заводчик Морозов. Еще двое, футболист и бизнесмен, — под вопросом до завтрашнего дня. Остальные условно считаются вне подозрений.

— Негусто, — протянул Крячко.

— Ничего, завтра прибывают жена и брат убитого, — «утешил» Гуров. — Если и они окажутся вне подозрений, возьмем в разработку любовницу Кадацкого Светлану. На сегодня все свободны.

Оперативники разошлись.

— Черт, к патологоанатому опаздываю! — вдруг взглянув на часы, воскликнул Лев.

— Мне с тобой? — спросил Крячко.

— Тогда я — пас. Эти чудо-звезды выматывают до предела, — признался Стас. — Нет, Дарина-то еще ничего. Она хоть симпатичная и фигура шикарная, как говорится — все при ней. Но пить ей противопоказано. Раскисает в момент, и уже никакой красоты не остается.

— Стас, хватит время попусту тратить. Мне ехать пора, — прервал друга Лев. — Езжай домой. Завтра ты мне понадобишься.

— Аллочка на мне, я помню, — проговорил Крячко.

К патологоанатому Гуров все же успел. Застал его в комнате отдыха, поглощающим бутерброды с колбасой и малосольными огурцами.

— Привет, Филиппыч, чем порадуешь? — с порога задал он вопрос.

— С места в карьер? Даже дожевать не дашь? — то ли пошутил, то ли на полном серьезе спросил патологоанатом.

— Потом дожуешь, к тому же и аппетит нагуляешь, — отшутился Гуров.

— Ладно, пошли, торопыга.