Продавец острых ощущений

Дай мне все контакты Горбачева, и я с этой твоей проблемой разберусь. А заодно выясню, не причастны ли те, кто твоим отцом интересуется, к ограблению его квартиры.

Полина сидела, как в воду опущенная, но Гуров совершенно не чувствовал себя виноватым. В конце концов, заставлять людей говорить то, о чем они предпочитают умалчивать, это его работа. Правда, чаще всего выуживать обманным способом показания приходилось у преступников, но Симутенкова сама делала все возможное, чтобы осложнить сыщикам их работу. Сначала Шайхутдинову, а теперь и Гурову. При этом она не испытывала никаких угрызений совести, что из-за ее скрытности преступники могут остаться безнаказанными. Да и заботилась лишь о себе, абсолютно равнодушная к своим близким, скрывая свое безразличие под маской лживой тоски по матери и обиды на отца-«предателя». К тому же после этих открывшихся фактов Лев был далеко не уверен в том, что Симутенкова не приложила руку к ограблению своего отца. Слишком неполным выглядел ее рассказ о шантажистах.

Собственно говоря, Полине ничего другого и не оставалось, как сообщить все, что она знала о Горбачеве. Данных оказалось совсем немного, но их Гурову было достаточно. Девушка назвала номер телефона, по которому с ней связывался Леха Горб, а также адрес электронной почты, на который она высылала фотографии отцовских бумаг, когда их удавалось сделать. Ни адреса проживания наркоторговца, ни места его работы Полина не знала, так как у нее не было никакой информации и о тех двух псевдополицейских, которые шантажировали девчонку.

Впрочем, это для Гурова и не являлось архиважным. Он располагал фото- и видеоматериалами, на которых можно было достаточно четко рассмотреть физиономию Горбачева, знал его имя и номер телефона. Конечно, наркоторговец мог общаться с Симутенковой под псевдонимом, а телефон мог быть зарегистрирован вовсе не на него, но все это, вместе взятое, обязательно привело бы Гурова к преступнику. Просто чуть позже.

— Еще один вопрос, Полина. Что за конфликт был у вас с Ерышевым по поводу ремонта компьютеров?

— У меня? С Темкой? Конфликт? — откровенно удивилась девушка, совершенно сбитая с толку резкой сменой темы разговора.

— Он мне сказал, что ты на него жутко обиделась, когда он не успел наладить тебе интернет.

На несколько мгновений девушка замерла, совсем не понимая, чего именно от нее хочет этот въедливый полицейский, а затем рассмеялась:

— Да какой там конфликт! Ну да, просила я его недавно починить мне интернет, но раньше его успели наладчики оператора сотовой связи приехать. Ну, я его и подколола, дескать, хреновый ты друг. Я уже и думать об этом забыла, а он, значит, до сих пор помнит? Вот, жук! Надо будет ему пистон вставить за злопамятность…

— А когда это было? — поинтересовался Гуров.