Продавец острых ощущений

Есть еще домработница, но, по словам «терпилы», она никогда не бывала в кабинете, когда он сейф открывал, а шифр от него он нигде и никогда не записывал. Даже жена его не знает. И никто, кроме него самого, не знал, что в сейфе хранится.

— Это как раз и не важно, — отмахнулся Гуров. — И так понятно, если в доме есть сейф, то самое ценное именно в нем хранится. Так что там с домработницей? Она могла кому-то о ценностях рассказать?

— Теоретически могла. И даже дубликаты ключей имела возможность изготовить, — хмыкнул капитан. — Вот только ничего в этом направлении нарыть не удалось. Чиста она, как младенец, и связей, порочащих ее, не имеет.

— Понятно, — кивнул Лев. — Ладно. Дело я у вас забираю. Все необходимые документы пришлю завтра. Не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся!

Выйдя из отдела полиции, он, достав телефон, позвонил Орлову:

— Петр, мне нужно, чтобы ты затребовал из Хамовников, Ломоносовского отдела и Черемушек дела по квартирным кражам. — И, продиктовав их номера, добавил: — Да, кстати, и по ограбленному соседу твоего однокашника тоже дело забери.

— Думаешь, это дело рук одной и той же группы? — догадался генерал.

— Уверен, почти на сто процентов, — ответил Лев и оборвал связь.

По дороге в Главк Гуров попал в серьезную пробку и с невольной тоской вспомнил, как накануне, практически без всяких проблем, добирался до нужного места на общественном транспорте. Правда, такой способ передвижения по столице все же лишал его определенной мобильности, а вскоре это может стать одним из решающих факторов. Поэтому от мысли поставить машину на прикол он отказался.

Затребованные Гуровым дела начали доставлять буквально через несколько минут после того, как он добрался до своего кабинета. Станислав, видимо, с невероятной дотошностью принявшийся проверять всех и вся, кто в день ограбления входил в подъезд Симутенковых, в Главк еще не вернулся. Лев хотел было позвонить ему, чтобы узнать, как продвигаются дела, а затем махнул рукой — эта информация сейчас существенно на ход расследования повлиять не могла. А вот изучение выбранных дел по квартирным кражам — вполне! Обложившись томами дел, он принялся искать в них закономерности.

Дотошное копание в материалах дел почти ничего не дало. А все потому, что в них не было ни улик, ни подозреваемых! Точнее, последние, конечно, имелись, но ни на одного из них следователям не удалось собрать мало-мальски сносной доказательной базы. Как и поиск украденных предметов тоже ничего не дал. Если преступникам и удавалось их реализовать каким-либо путем, то сыщики его отыскать не смогли.