290
0По словам Леонида, Симутенкова люто ненавидела мачеху, презирала отца и совсем не умела хранить секреты.
Филатов рассказал, что до тех пор, пока Полина не выпивала достаточно много, она была замкнута и даже агрессивна. Но, пропустив несколько рюмок, девушка превращалась в размазню. Начинала жаловаться на своих родственников, рассказывать, что творится в их семье, и едва ли не на шею вешалась каждому встречному и поперечному. Всем подряд рассказывала и о коллекции отца, и о том, какие суммы он обычно держит в доме, и даже начинала подробно расписывать, что и где лежит. Филатов даже отметил, что хотя никогда не бывал в квартире Полины, ему казалось, что он прекрасно знал не только расположение комнат в их доме, но даже то, какие именно столовые приборы в каких местах лежат.
— Поначалу мне прикольно было ее слушать, а затем, едва Польку начинало заносить, я от нее подальше убирался, до тошноты надоело практически одно и то же каждый день выслушивать, — закончил он свой рассказ. — А самое интересное в том, что, стоило ей выговориться, она становилась нормальным человеком. И улыбалась, и шутила, сразу начинала казаться классной телкой. Прямо метаморфозы какие-то. Сначала злюка, затем зануда и плакса, а потом — своя в доску девчонка. Я этому всегда поражался.
— Забавный персонаж, — хмыкнул Лев. — Значит, вы утверждаете, что Полина многим рассказывала о драгоценностях, которые имеются в доме ее отца?
Инструктор коротко кивнул.
— А что вы сами делали в тот вечер, когда произошло ограбление? — пристально посмотрел на него Лев.
— Как обычно в выходные, тусил в компании, — пожал плечами Филатов. — Я не всегда с одними и теми же ребятами развлекаюсь. Чтобы не приелось, так сказать. А в тот вечер мы с Полинкой и ее подружками в клубе на Земляном Валу отдыхали. Там дороговато, но тусовка интересная. Все было как обычно: танцы, выпивка, а потом по домам с девочками. Если, конечно, повезло кого-то «снять».
— У вас что, были с Полиной сексуальные отношения?
— Были. Не отрицаю. Но не в тот вечер, — усмехнулся инструктор. — У нее, по-моему, со всей столичной тусовкой сексуальные отношения были. Впрочем, это не мое дело. Я свечку не держал. Знаю только, что в тот день она одна домой уехала.
— Откуда такая уверенность?
— Сам ее в такси сажал, — вновь пожал плечами Леонид. — Она сначала перебрала сильно, и ей не до мужиков стало. А потом вроде отходить начала и попросила до такси ее проводить.
— В котором часу это было?
— Точно не скажу, но между часом и двумя ночи. Полина в тот день решила рано уехать, — лучезарно улыбнулся Филатов. — И, предвещая ваш следующий вопрос, скажу: уехала точно одна. Вероятно, и до дома одна добралась, если только по дороге в такси никого не подсадила.
