2
0Вон, девчонки с их факультета как-то психанули и сговорившись, назло всем месяц носили только розовое. Просто Гасу Тамбертону-Экрю нравится такой образ.
На бледном лице, обрамленном черными волосами до плеч, прозрачными голубыми топазами сияют живые глаза. Друзья представляют собой забавный тандем — ахроматический некрос, и обожающий яркие цвета ведун-артефактор. До сих пор удивляюсь, как они сошлись — один язвительный и будто бы вечно недовольный, другой — в любой ситуации лучащийся хорошим настроением. Ну или почти в любой.
Остановившись перед Рыжим, Гас рассматривает его несколько долгих мгновений, и тяжко вздыхает, закатив подведенные темным глаза:
— Какими судьбами, говоришь? Так и знал, что тебе помощь понадобится. Как только услышал про твою очередную безнадежную затею, так и понял.
— Какую еще затею? — интересуемся мы с Гейл едва ли не хором.
— Послание любовное решил тебе написать, — ехидным тоном сдает друга Гас. — Всю ночь не спал, стихоплетствовал. Хотел сюрприз сделать. На двери написать собирался, да? Это — руки. А нога-то чего?
Мы с Гейл переглядываемся.
— Дверь он пнул. Рассердился, значит, — понимающе поясняет некромант.
Я вспомнила сильный удар, который так меня напугал. Так вот за что поплатился Рыжий.
— Когда его отпустит? — интересуется Гас у Гейл.
— Уже скоро, — жмет плечами та. — Наверное.
— Эй! Что значит наверное? — беспокоится артефактор.
— То и значит, — огрызается проклятийница. — Проклятье экспериментальное, я точно не могу сказать. Пока.
— До смерти все в любом случает пройдет, — глубокомысленно изрекает некромант, и Жак делает такое перепуганное лицо, что мы смеемся.
— Давайте лучше думать, как помочь Ирис добраться до арены целой и невредимой, — предлагает Гейл. — Пока я ходила за завтраком, услышала, что ей не дадут добраться до арены. Маклюс боится проиграть.
Так я и думала. Иду к окну и осторожно выглядываю из-за зеленой бархатной занавески, местами побитой молью и слегка испачканной чем-то неизвестным еще задолго до нашего появления в этих стенах.
Снаружи у небольшой каменной арки, сквозь которую ведет дорожка к зданию академии, трутся три адепта. Вроде бы ничего подозрительного, но это на первый взгляд. А если подумать — им там делать нечего. Никто не станет так бездарно проводить время в воскресенье.
— Похоже, соглядатаи на местах, — замечаю я. — Выскользнуть незаметно не получится.
— Уверен, внутри общежития тоже кто-то следит за вашей комнатой, — соглашается некромант.
— А если через окно? Тут всего-то третий этаж. Поможем спуститься. Или призовешь кого-нибудь, а Ирис? — рассуждает Жак.
— Ага, особенно ты поможешь. Резиновая Зина, — ухмыляется Гас.
— Кто такая Резиновая Зина? — с подозрением интересуется проклятийница.
