Приговор Бешеного

 — Не видишь, что хозяина вновь враги подранили? Везем в больницу в Аргун.

— А вы кто такие? — подозрительно спросил он.

— Я — Михаил Гадаев, его личный порученец, — с гордостью ответил Михаил. — Послушай, если ты еще нас подержишь немного и хозяин очнется, можешь мне поверить, что он тебя по головке не погладит. Тебе что, Дудаев ничего не сказал? — спросил он, чуть понизив голос.

— А что он должен был мне сказать? — Тот нисколько не удивился упоминанию фамилии Дудаева. Значит, генерал проезжал здесь.

— Как что? О нас, выходит, он ничего не говорил? — раздраженно бросил Михаил.

— В том-то и дело, что нет.

— Проблемы? — поинтересовался Савелий, заметив, что Михаил начинает нервничать.

— Джохар ничего не сказал патрулю, а пароль наверняка сменился.

— Наверное, поэтому он и предлагал своих сопровождающих, — как можно спокойнее заметил Савелий, обращаясь скорее к патрулю, и это возымело действие.

— Дудаев предлагал своего человека? — встрял в разговор старший патруля.

— Не веришь, сам спроси у него.

— Хорошая мысль, — подхватил тот, вытащил из кармана трубку сотового телефона и быстро набрал номер. — Соедини с командиром, это старший лейтенант Тутаев, командир патруля. — Проговорив эти слова, он стал ждать, не спуская глаз с сидящих в машине. — Я остановил машину, в которой везут раненого племянника вашего… — начал объяснять он по-чеченски. — Один из них, русский, говорит, что вы предлагали им своего сопровождающего. Слушаюсь! — Он вытянулся и протянул трубку Савелию. — С тобой хочет говорить.

— Бешеный? — услыхал Савелий знакомый голос Дудаева.

— Он самый! А вы кто? — Савелий специально сделал вид, что не узнал собеседника.

— Это Дудаев. Приветствую вас.

— И я вас. Давно не виделись, — усмехнулся Савелий.

— Как мой племянник? — не обращая внимания на иронию, спросил тот.

— Не надолго, но приходил в себя, — понимая, чего добивается Дудаев, ответил Савелий.

— И что? — с некоторой тревогой спросил тот.

— Минуту, — Савелий взглянул на старшего патруля, — я должен отойти, разговор больно личный.

— Хорошо, но только один и не очень далеко, — чуть подумав, согласился тот, и Савелий отошел метров на десять.

— Извините, но я немного уединился: вряд ли вам хочется, чтобы кто-то посторонний слышал наш разговор, — сказал он в трубку.

— Вы правильно подумали. Итак?

— Я, помнится, сказал, что привык выполнять данное мной слово, — напомнил Савелий.

— Племянник сказал, что финансовые дела между вами вы решите по его выздоровлении, так что чемоданчик ваш, но… — Савелий красноречиво замолчал.

— Двести пятьдесят тысяч баксов.

— Двести пятьдесят? — переспросил Дудаев.

— Да, и это на пятьдесят тысяч меньше, чем вы обещали.