Последний срок

Босх и Чу направлялись в Вэлли каждый на своей машине, чтобы после экскурсии с Пеллом не давиться в пробке, возвращаясь в центр города. Чу жил в Пасадине, куда вело шоссе. А Босх собирался остаться в Вэлли до ужина с Анной Стоун.

Когда они ехали, Босх наконец получил ответ от Уиткомба из патрульной службы отделения полиции в Голливуде.

– Извини, Гарри, был в запарке. А потом забыл, что ты звонил. Чем могу помочь?

– Знаешь патрульного третьего ранга Роберта Мейсона?

– Бобби Мейсона? Да. Только он дежурит в вечернюю, а я в утреннюю. Поэтому знаю не очень близко. Что с ним такое?

– Он производил аресты, имеющие отношение к тому, чем я сейчас занимаюсь. Мне надо потолковать с ним.

– Расследуешь дело в «Шато» с малышом Ирвина Ирвинга?

Босху резануло ухо слово «малыш» – показалось странным, что его старый товарищ так называет сына Ирвинга.

– И что за аресты тебя интересуют?

– Три ареста за то, что водители управляли транспортными средствами в нетрезвом виде.

– Какое отношение они имеют к «Шато»?

Босх мгновение молчал, надеясь, что Уиткомб поймет: он собирает информацию, а не распространяет ее.

– Просто интересуюсь, – наконец ответил он. – Что ты слышал об этом Мейсоне? С ним все нормально?

Это был своего рода код – Босх хотел выяснить, какая у Мейсона репутация? Не считают ли его продажным?

– Слышал, он сегодня расстроился, – сообщил товарищ.

– Из-за «Шато». Вроде бы они с сыном члена муниципального совета были корешами. Слышал, даже учились в одной группе в академии.

Босх свернул в правый ряд, чтобы выехать на бульвар Ланкершим. План был такой: подхватить Чу на стоянке у станции метро в Студио-Сити.

Он осторожничал с Уиткомбом – не хотел, чтобы тот догадался, насколько важна информация.

– Да, поговаривают, что они были знакомы с тех времен.

– Похоже, – подтвердил Уиткомб. – Но это, Гарри, все, что я знаю. Я же говорил, он дежурит в вечернюю, я в утреннюю. Вот как раз заканчиваю. У тебя есть еще что-нибудь ко мне?

Так Уиткомб давал понять, что не желает обсуждать товарища по работе. Босх не осуждал его за это.

– В какой зоне дежурит Мейсон?

Территория отделения полиции Голливуда была разбита на восемь основных патрульных зон.

– Сейчас проверю. Это быстро, я как раз в дежурке. – Вскоре в трубке снова послышался голос Уиткомба: – Его назначение: шесть-Адам-шестьдесят пять, видимо, это обычное место Мейсона.

Период назначения равнялся двадцати восьми дням. Первая «шестерка» означала территорию голливудского отделения, «Адам» – патрульное подразделение, а «шестьдесят пять» – зону.

– Шестьдесят пять – это коридор Ла-Брея?

Босх попросил товарища никому не рассказывать об их разговоре, поблагодарил и разъединился.

Затем, обдумав обстоятельства, понял, что к Ирвину Ирвингу не подкопаться.