Последний срок

– Такой уверенности нет, но что он мог делать на лестнице?

– Не знаю. Есть какое-нибудь описание? Одежда, волосы, раса?

– Он находился слишком далеко. Митчелл считает, что он – белый, и ему показалось, будто кто-то из технического обслуживания. Выполнял какую-то работу.

– В полночь? Что навело Митчелла на такую мысль?

– Он утверждает, что его рубашка и брюки были одного цвета. Как бы форма.

– Вы справлялись в отеле?

– О чем? – В голосе детектива опять появились притворно смущенные интонации.

– Будет тебе, Соломон. Перестань валять дурака. Вы справлялись у администрации, имелась ли причина для того, чтобы кто-то из тех, кто находился или работал в отеле, вышел в этот час на пожарную лестницу? Спрашивали, какого цвета форму носит обслуживающий персонал гостиницы?

– Нет, Босх, не спрашивали. Зачем? Неизвестный появился на лестнице от двух до четырех часов раньше, чем наш клиент совершил прыжок. Эти события не связаны друг с другом. А то, что ты послал нас с опросами по улице – вообще пустая трата времени. Глупое занятие.

Босх понимал, что если сорвется, от Соломона до конца расследования не будет проку. А он не хотел терять его. Поэтому снова сдержался.

– Хорошо, по поводу вашего второго доклада – разговора с писателем Томасом Раппортом. У вас есть еще какие-нибудь сведения о том, зачем он приехал в Лос-Анджелес?

– Не знаю. Он вроде бы известный сценарист. Студия поселила его в одном из бунгало в глубине территории – там, где умер Белуши. За одни сутки тысяча баксов, а он утверждает, что поселился на неделю. Говорит, что собирается редактировать сценарий.

Хоть один ответ получен без наводящих вопросов: теперь известно, что с Раппортом, если понадобится, можно связаться в течение недели.

– И что, студия раскошелилась на автомобиль? Как он добирался в отель?

– Нет… взял у аэропорта такси. Самолет прилетел раньше времени, автомобиля студии не было. Пришлось ехать на такси. Он сказал: поэтому-то Ирвинг оказался на регистрации впереди него. Они приехали в одно и то же время, но Раппорт попросил таксиста напечатать чек, и это заняло целую вечность. Его медлительность взбесила писателя. Он жил еще по времени Восточного побережья, смертельно устал, и ему не терпелось добраться до бунгало.

Босх ощутил холодок в животе. Чувство возникло от того, что интуиция соединилась с убеждением: в мире есть определенный порядок. Истина открывается праведникам. К нему часто приходило это ощущение, когда во время расследования отдельное словно переставало существовать и складывалось в единое целое.

– Джерри, – спросил он, – Раппорт не сказал, на такси какой компании приехал в «Шато»?

– Ну да. Такси «Вэли»? «Желтое такси»? Название компании указано на дверце машины.

– Не сказал.