2
0Ирвинг покосился на Босха, наверное, уже жалея, что расследованием занимается именно он.
– Позови меня, если понадоблюсь, – буркнул он и вышел.
Босх и Чу опустились на диван, и Гарри приступил к беседе:
– Миссис Ирвинг, я бы хотел…
– Называйте меня Деборой.
– Хорошо, Дебора. Я хотел бы выразить вам глубокие соболезнования по поводу утраты мужа. Мы ценим, что в это трудное для вас время вы согласились поговорить с нами.
– Спасибо, детектив. Я вполне готова говорить с вами. Боюсь только, что у меня нет ответов на ваши вопросы. И еще… это такое потрясение…
Она оглянулась, и Босх, поняв, что ей нужно, дал знак Чу. На ее глаза навернулись слезы.
– Найди где-нибудь платки. Сходи в ванную.
Напарник поднялся, а Гарри, внимательно всматриваясь в сидящую перед ним женщину, старался отыскать признаки неподдельного страдания и чувства утраты.
– Не представляю, почему он это сделал, – сказала она.
– Давайте начнем с более легких вопросов, – предложил Босх. – Таких, на которые есть ответы. Когда вы в последний раз видели мужа?
– Вчера вечером. Он уехал из дома после ужина и не вернулся.
– Он не сообщил, куда отправляется?
– Нет, сказал, что должен проветриться. Снять напряжение – прокатиться по Малхолланд. Предупредил, чтобы я не ждала его. Я так и поступила.
Босх предполагал, что Дебора продолжит, но она замолчала.
– Эта его поездка показалась вам необычной?
– В последнее время он так часто уезжал. Но думаю, не просто для того, чтобы проехаться.
– По-вашему, он занимался чем-то еще?
– Делайте сами выводы, лейтенант.
– Я не лейтенант, а детектив. И почему бы, Дебора, вам не помочь мне? Вы знаете, чем занимался ваш муж?
– Не знаю. Скажу одно: по-моему, он не просто разъезжал по Малхолланд-драйв. Мне кажется, он с кем-то встречался.
– Вы не спрашивали его?
– Нет. Собиралась, но все тянула.
Вернулся Чу с коробкой платков. Но кризис миновал, и теперь глаза миссис Ирвинг были холодны и тверды. Даже сейчас она казалась красивой, и Босху не верилось, что ее муж разгуливал где-то по ночам в то время, как дома его ждала такая женщина.
– Давайте на секунду вернемся к тому, о чем мы говорили. Вы сказали, что ужинали с мужем. Вы ели дома или куда-то выходили?
– Мы ужинали дома. Мы оба не были голодны. Перехватили сандвичей, и все.
– Можете вспомнить время?
– Около половины восьмого. А в восемь тридцать он уехал.
Босх достал блокнот и записал все, что услышал. Он вспомнил: Соломон и Глэнвилл сообщили, что некий человек, предположительно Джордж Ирвинг, забронировал номер в «Шато» в восемь пятьдесят, то есть через двадцать минут после того, как, по словам Деборы, он покинул дом.
– Единица, четыре, девять, два.
– Простите, не поняла.
– Эта цифра что-нибудь значит для вас? Тысяча четыреста девяносто два.
