0
0Но видеть, как товарищу по несчастью отрезают уши, было выше его сил. Про сломанное предплечье он успел забыть и со всех ног помчался домой под защиту родных стен, подальше от врачей. «Мой дом — моя крепость», — любил говорить отец. Смысл пословицы только сейчас дошел до сознания.
— Твое поведение далеко от идеального, Ингвар, — сказал сыну Алешкин-старший, изобразив на лице кислую улыбку. — Помнится, ты мне что-то обещал после раскопок… кабеля. Тогда вас еле-еле успели откопать.
Алешкин-младший, нагнув голову, угрюмо ковырял пальцем пеногипс. Встречаться глазами с отцом не хотелось. Завтра надо в школу. Можно было отговориться болью в сломанной руке и не идти на занятия. Но сейчас подобное поведение означало малодушие, несовместимое с кодексом звездоплавателя. Капитан Дикий никогда не унижал себя ложью.
Он медленно поплелся к себе в комнату готовиться к завтрашнему учебному дню.
С переломом предплечья в астронавты не возьмут. С этим фактом пришлось немного пожить, чтобы привыкнуть. Немного, всего один день.
Гипс легкомысленного девчачьего цвета был на левой руке. К сожалению, Алешкин, как и большинство людей, был правшой. От школы отвертеться не удастся. Иногда руку неприятно дергало в месте перелома. Но он тоже не собирался унижаться, в первую очередь, перед собой, ссылаясь на боль. Вот если бы у него была астероидная чума, заболевание, широко распространенное среди астронавтов, тогда другое дело. Но у этой болезни были иные симптомы: кровоточащие язвы по всему телу и полная потеря зрения вместе с памятью.
В школу пришлось идти.
В этот день писали сочинение на вечную тему «Кем я хочу быть, когда вырасту». Неожиданно для себя мальчишка написал, что хочет стать офицером, как отец, и расписал на нескольких листах «почему» и «зачем», в два раза превысив заданный объем.
Еще большей неожиданностью стали оценки: «пять» за содержание и «двойка» за грамотность.
Объявив оценки на следующем занятии, учительница отметила Алешкина.
— Хоть кто-то написал с душой, — сказала она, раздавая электронные планшеты со школьными заданиями. — Что же такого важного произошло, раз ты решил бросить дальний космический поиск?
Не дожидаясь ответа, она сухо продолжила:
— Настоящему авантюристу форма идет. Фуражка будет выгодно подчеркивать черты твоего лица.
Военных на тихой аграрной планете не то чтобы не любили, к ним относились подчеркнуто нейтрально. Фермеры в душе считали, что выращивать пачуа розовую — вот настоящее дело, а маршировать «ать-два, левой» каждый сможет. Для этого мозгов не надо. А может, учительница просто вспомнила молодость. Тогда она была тайно и безответно влюблена в пилота звездного транспортника, раз в месяц прилетавшего забирать урожай.
