Последняя база

Василий опустился на скамью рядом с супружеской четой, потерявшей сына.

С каждым из них случилось нечто в этом роде... Рассел покидали в панике, охранников больше всего заботило, как бы самим попасть на борт. Толпы резидентов без эвакуационных предписаний прорвались в доки и атаковали корабли. С перепугу охрана устроила пальбу, не отличая правых от виноватых. Станция погибла, охваченная смутой... В конце концов пассажиры, имевшие билеты и прошедшие через контроль, набились в трюмы ближайшего корабля, и команда поспешила задраить наружные люки.

Джен и Роми должны были попасть на борт раньше него. Василий оставался на своем посту, пытаясь восстановить порядок. Большинство фрахтеров задраило люки вовремя, только "Хансфорду" не повезло - в его шлюз хлынула толпа. "Хансфорд", где в пути закончились наркотики, где давление жизни пересилило бортовые системы, где обезумевшая толпа подняла восстание и разнесла вдребезги все, что можно было разнести... По сравнению с "Хансфордом" "Гриффин" был просто раем. Василию посчастливилось укрыться на его борту задолго до того, как выстрелы станционной полиции остановили натиск безбилетников. И Василий верил, что Джен и Роми успели сесть на "Лайлу". В списке пассажиров "Лайлы" они числились - во всяком случае, если верить распечатке, увиденной Василием после суматошного старта. Но на Пелле они не высадились, и в станционной больнице их не обнаружили. Оператор "скормил" компу их приметы со слов Василия - никакого проку... И Мэллори не могла их забрать - они не обладали нужными ей специальностями. Значит, комп ошибся. Василий верил вынужден был верить - списку пассажиров. Они не могли вызвать его с корабля - бортовые комы не успевали бы передавать все послания... К тому же флотские потребовали от купцов молчания в эфире. Но все-таки Джен и Роми не высадились с "Лайлы". Выходит, их там и не было.

- Как они посмели выбросить их в космос! - простонала сидевшая рядом женщина. - Даже без опознания! Он умер! Умер! Должно быть, он летел на "Хансфорде"...

А у стола - уже новый проситель. Он настаивал. Он не верил списку рекрутированных. Оп искал, сравнивал, проверял - безрезультатно.

- Он был там! - кричал опу беженец. - Он числится в списке! И не высадился! Он был там! - Проситель заплакал. Крессич молчал.

В полете на борту "Гриффина" астронавты зачитали беженцам список пассажиров и попросили предъявить удостоверения личности. Выполнили эту просьбу очень немногие. Кое-кто отзывался на чужое имя, даже на разные имена - чтобы получать чужие пайки. Иногда это удавалось. В пути Василия ни на миг не покидал страх - глубокий, тошнотворный страх за семью.