Последняя база

Станционная полиция так и не нашла преступника в очередях беженцев, дюйм за дюймом приближавшихся к столам паспортного контроля и распределения жилья.

Кто-то дотронулся до его плеча. Он повернул голову (шея отозвалась болью) и, моргая, посмотрел на старшего брата. Эмилио сидел в соседнем кресле, не снимая руки с плеча Дэймона. "Уже дополнительная" [дс дополнительная смена], - вяло сообразил Дэймон. В этом мире четко разграниченного бодрствования и сна, где братья Константины изредка встречались в центральной при пересменке, воцарилась неразбериха.

- Ступай домой, - мягко произнес Эмилио. - Моя очередь, хотя не знаю, имеет ли смысл кому-то из нас торчать здесь. Я обещал Элен отослать тебя. Судя по ее голосу, она чем-то расстроена.

- Ладно, - согласился Дэймон, не двигаясь с места. Не хватало сил. Пальцы Эмилио сдавили на миг, затем отпустили его плечо.

- Я следил за мониторами, - сказал старший брат. - Знаю, что на нас навалилось.

Дэймон плотно сжал губы (к горлу подкатил комок) и воззрился вперед. Не на беженцев, а в бесконечность, в будущее, несущее гибель всему, что казалось незыблемым и вечным. Пеллу. Их Пеллу - Дэймона, Элен и Эмилио. Флот присвоил себе право обречь их на смерть, а они ничего не в силах поделать. Слишком уж внезапно нахлынули беженцы, и у станции не осталось выбора.

- Я видел, как стреляли в людей, - произнес Дэймон. - И не помешал. Не мог ссориться с военными. Разногласия... привели бы к беспорядкам. Беженцы могли захватить всю станцию. Потому-то солдаты и стреляли, стоило кому-нибудь выйти из очереди.

- Дэймон, иди домой. Теперь это моя забота. Я что-нибудь придумаю.

- Нам не у кого просить помощи, только у агентов Компании. А это небезопасно. Не позволяй им лезть в эту кашу.

- Ничего, справимся, - бодро произнес Эмилио. - Всему есть предел это понимает даже Флот. Он не может подвергать опасности Пелл, не рискуя собственной шкурой. Пускай вояки вытворяют все, что угодно, - подставить нас под удар они все равно не посмеют.

- Уже подставили, - буркнул Дэймон, фокусируя взгляд на очередях, пересекающих док. Затем он повернулся и посмотрел на брата - на свой собственный лик плюс пять лет. - По-моему, мы еще не до конца осознали, что произошло.

- Такое уже было, когда закрыли Тыловые Звезды. Ничего, мы выдержали.

- Две станции... До нас добралось шесть тысяч человек. Из пятидесяти тысяч? Или из шестидесяти? Где остальные?

- Надо полагать, в лапах Унии, - проворчал Эмилио. - Или погибли вместе с Маринером - никто ведь не знает, сколько там было народу. Может, кто-то добирается к нам на других фрахтерах или просто бежит куда глаза глядят. - Он откинулся на спинку кресла, по лицу пролегли угрюмые морщины. - Отец, наверное, спит. Мать, надеюсь, тоже. По пути сюда я задержался возле их спальни.