Последнее японское предупреждение

Страх за дочь опутал меня и завладел рассудком, я отказывалась думать о чем-либо, кроме одного – где, у кого Соня, как там с ней обращаются, не обижают ли, не испугали… Она никогда не оставалась без присмотра – разве что на уроках в школе, и вот что вышло, стоило няне опоздать на полчаса… Всего полчаса, тридцать проклятых минут, которые эта курица потратила на треп с какой-то аферисткой… Черт! А ведь вот тут может крыться загадка…

– Слушайте, – возбужденно заговорила я, вскочив из кресла и взяв сигарету, – а ведь Лена сказала, что ее буквально в ста метрах от школы остановила какая-то женщина не то с опросом, не то с лотереей… Как вы думаете – это не могло быть спланировано?

Папа вскинулся, как гончая, учуявшая зайца:

– Так ты что молчала-то?! Какая женщина?! Где Ленка?!

– У себя дома она, – буркнул Акела и направился к выходу.

– Ты куда? – хором спросили мы, и он уже в дверях бросил:

Я выдохнула. Если Акела брался за что-то сам, то можно было не сомневаться, что все будет в порядке. Главное, что он рядом, что он со мной, от этого становилось как-то полегче.

Появилась Галя с подносом, на котором возвышался чайник и чашки, а в плетеной корзинке обнаружились ватрушки с творогом. По заплаканным глазам домработницы я поняла, что та тоже очень переживает – Соня звала ее бабой Галей, любила и проводила вместе с пожилой женщиной много времени.

– Вы бы перекусили, – попросила Галя, опуская поднос на стол, – с утра ведь ничего…

– Спасибо, Галя, – отозвался папа, рассеянно глядя на ватрушки. – Садись, Санька, поешь, на самом деле, а то свалишься.

Я не хотела есть, вернее – не могла, кусок просто не шел в горло, но нужно было себя заставить, иначе, действительно, еще и я добавлю проблем, которых и так достаточно.

В довершение всего вошел охранник и зашептал что-то отцу на ухо. Тот потряс головой и переспросил:

– Сара Иосифовна, сестра ваша.

– Так чего ты голову мне морочишь? Впусти, – рявкнул папа и, когда охранник скрылся, повернулся ко мне и беспомощно развел руками: – Ты гляди, что делается! Сара приехала.

Мне было не до тетки, не до того, как она добралась сюда – одна, без помощи, зачем приехала. Мне вообще не было дела ни до кого. Я хотела одного: вернуть дочь, и пусть тетка при этом притащит сюда весь Саратов, я глазом не моргну.

Тетя Сара вошла в дом бочком, стянула пальто, сбросила сапожки без каблуков и прошла в гостиную:

– Фима! Зачем ты снова живешь с детьми? – начала она вместо приветствия, так, как будто виделась с нами последний раз вчера. – Старики, Фима, должны жить отдельно.

– Может, поздороваешься? – натянуто улыбнулся отец и шагнул к тетке, раскрыв объятия.