Последнее японское предупреждение

– Галя, ну не надо, а? – взмолилась я, падая лбом на скрещенные на столе руки. – Я не хочу думать… Если сегодня Сашка ничего не найдет, просто не знаю, что дальше делать. И Никита не звонит! Прошло полдня!

Галя подвинула стул, села, обняла меня за плечи и всхлипнула:

– Ты не сердись на меня, Санюшка, на старую… вижу, что переживаешь… да мне самой невмоготу, как представлю… чтоб им, уродам, икнулось – дите у родителей красть!

Я испытала непреодолимое искушение поплакать, уткнувшись Гале в плечо, но одернула себя – нельзя распускаться, нужно быть собранной, вдруг Никита позвонит, и мне надо будет действовать немедленно, решать что-то, а я тут в соплях, себя жалею. Нет, нельзя.

– Галочка, а чайку можно? – попросила я, чтобы отвлечь ее тоже, и Галя всполошилась:

– Ой, да сейчас, сейчас! Только заварила, с мятой. Молочко добавить тебе?

– Да, давай. Может, успокоюсь чуть-чуть.

Никита позвонил около двенадцати, я сидела во дворе на большой чурке для колки дров и наблюдала за тем, как Князь возится в сугробе – принимает «ванну». Я любила эту псину, он был огромный, диковатый, но почему-то при этом обожал детей. Папа иной раз сам запрягал его в санки и вместе с Соней катался по двору. Всю прошлую зиму они провели именно в таких забавах.

– Князь, где Соня? – негромко спросила я, и кобель, бросив свое занятие, понесся к воротам – думал, что пора встречать.

Не обнаружив никого, он вернулся ко мне, лег у ног и заскулил. Мне захотелось сделать то же самое, но позвонил Никита.

– Говорить много не буду, собирайтесь быстро, одевайтесь тепло и берите игрушку. Буду через полчаса, – скороговоркой сказал он и отключил телефон.

Вот хорошо, что мы с ним понимаем друг друга с полуслова. Я вскочила, запнулась о лежащего Князя, упала, едва не проехавшись по земле лицом, тут же подверглась атаке пса, решившего, что я играю, заорала на него матом и только так смогла избавиться от настойчивого «умывания» горячим розовым языком. Князь обиженно ушел в будку, а я, поднявшись, отряхнула коленки и побежала в дом.

Главное было вытащить из сейфа в кабинете винтовку, чтобы не попасться с ней на глаза ни папе, ни Гале. Сунув чехол в шкаф в прихожей, чтобы схватить его сразу и побежать на улицу, я поднялась к себе и достала из гардеробной теплый свитер, камуфляжный комбинезон, куртку и трикотажную шапочку-маску. Я не знала, что задумал Никита, но, судя по всему, придется где-то лежать, значит, надо быть готовой к холоду. Где-то потерялись перчатки на меху с обрезанными фалангами на двух пальцах – моя модификация для зимней стрельбы, я перерыла все ящики, но нашла их почему-то в коробке с берцами. И то неплохо…

Полностью экипировавшись, я спустилась вниз, забрала чехол с винтовкой и перепрятала в гараж.