3
0— А где… волшебная палочка? — спросил он упавшим голосом.
— А это, по-вашему, что? — преувеличенно бодро воскликнула я и покрутила в пальцах острый и идеально отполированный скальпель. — Самая что ни на есть волшебная палочка. И сейчас мы вас будем лечить…
Я потянулась к пальцу Вайса, но он тонко взвизгнул и отдернул руку. Я отправила ему укоризненный взгляд.
— Ай-ай-ай. Верните рученьку.
Тот помотал головой.
— Я дала вам обезболивающее, оно уже должно подействовать. У вас, уважаемый, там уже гной скопился. Если его не выпустить, он проникнет еще глубже. Вспомните своего знакомого. Хотите тоже пальца лишиться?
Я уговаривала взрослого дядьку, как ребенка. В конце концов, с обреченным лицом он снова положил руку на стол, и я вцепилась в кисть, фиксируя ее.
— Вы обещали, что больно не будет.
— Не будет, не будет…
Один аккуратный точный разрез — из раны хлынул гной. Конечно, Вайс не забыл громко ойкнуть, а потом затих и, пялясь в пустые глазницы Йорика, ждал конца операции.
Я вычистила ранку, обильно смазала обеззараживающей мазью и хотела уже забинтовать палец, как почувствовала неладное.
Вайс опустил взгляд на салфетку, которую я подложила под его кисть, и простонал:
За дверью послышался топот шагов и голос:
— Что здесь происходит⁈
И снова нелегкая притащила этого… нейта Блайна. Он высился в дверях, ошарашенно глядя на разыгравшуюся сцену. Из-за его спины высунулся любопытный нос какого-то мужичка.
— Матерь Пресветлая! — и через секунду скрылся обратно.
А хороша я была. Застыла над бессознательным телом с занесенным скальпелем, пол и халат в крови, как и рука моего пациента. Атмосферы добавляли маска и белый костюм. Хотя он выглядел не так страшно, как средневековый костюм чумного доктора.
— Вы его убили? — выйдя из оцепенения, муженек бросился ко мне, присаживаясь на корточки у головы больного. — Слава Всеотцу, нет.
— Как плохо вы обо мне думаете, — прошипела я, бинтуя палец. Даже на руку, что Вайс в отключке — не будет дергаться.
— Так вы же все забыли! — справедливо возмутился Норвин Блайн и развел руками. — Или не все?
Ох, не понравился мне этот подозрительный прищур.
— Чего расселись? Помогите перенести больного на тахту, — строго велела я.
Пусть отвлечется, и нечего меня подозревать!
Даже не поморщившись, Блайн подхватил грузное тело соседушки и транспортировал его куда нужно. А я извлекла из сундучка нюхательную соль и сунула под нос больному.
Совсем скоро он начал приходить в себя. Щеки порозовели, протяжно застонав, Вайс открыл глаза и, сложив на груди руки, уставился в потолок.
— Я умер и попал в божественные чертоги?
Издав неопределенное «пфф», муж вышел вон из кабинета, отстукивая подошвами сапог самоуверенный ритм.
— Ну, до чертогов мне далеко, я пока столько не заработала.
