3
0Вдруг там сушеные кроличьи лапы?
Ладно, была не была, Елена Аркадьевна. Открываем!
Стоило отодвинуть защелку, как крышка распахнулась и на волю вырвался лохматый комок синей шерсти! Как очумелый, он начал носиться в воздухе и оглушительно пищать. Потом кинулся ко мне…
От неожиданности я рухнула на пятую точку, развалив стопку книг, и принялась отбиваться от этого чуда-юда.
— Эй, ты что еще такое, а?… Прекрати… прекрати, я тебе сказала!
Марсианский хомяк завис в воздухе и вытаращился на меня круглыми черными глазами-бусинками.
— Это ты кто такая? Ты не Эллен! — пропищал воинственно.
Мама… Оно говорящее!
Так, спокойней… дышим… дышим… Это мир с магией, не забыла? Лицо кирпичом и ничему не удивляемся. Выдохнув, я кое-как поднялась на ноги и разгладила юбку.
— Так, пушистик, давай сначала оба успокоимся, а потом поговорим.
— Нужен ты мне больно.
Что еще за мохнатое создание на мою многострадальную голову?
Показалось, что глазки обиженно моргнули.
— Как это не нужен? Я полезный!
— Если ты полезный, то прекрати, пожалуйста, пищать.
Я выбралась на свободный от вещей островок пола. Мелочь продолжала все так же парить в воздухе, не отводя пронзительного взгляда. И вдруг меня осенило.
— Знаешь, что, Пискун? Давай нальем чаю и побеседуем по душам.
Судя по всему, существо это разумное. И поняло сразу, что я не Эллен. Кстати, у нас даже имена оказались похожи.
Эврика! Пискуна-то я и расспрошу! Уж наверняка эта волшебная малявка знает о моем новом мире и своей хозяйке все.
Примерно через час мы уже сидели на террасе.
Когда я говорила про чай, я почти не надеялась найти что-то, что можно употреблять в пищу. Но в кладовой в маленьких мешочках обнаружились сушеные травы, по запаху — совершенно нормальные. Перечная мята, шалфей… Похоже на успокоительный сбор. А мне сейчас ох как надо привести нервы в порядок.
И снова я с тоской вспоминала о благах цивилизации и электрическом чайнике. Или хотя бы газовой плите.
Огромная печь на кухне чуть не довела меня до инфаркта, поэтому я решила использовать камин в гостиной. Снаружи под навесом нашлись дрова. Я выбрала самые мелкие и сухие, сложила все это добро наподобие вигвама и…
Конечно, я знала, что до изобретения спичек использовали кремень и кресало, чтобы высечь искру и поджечь трут. Но где их искать? Хорошо, что вредный клочок синего меха, который только ехидничал и мешал, помог мне найти необходимое на одной из полок.
— А ты вообще кто такой? — спрашивала я, чиркая кремнем о кресало.
— Я — тиин, — гордо пропищала мелочь, перекатываясь по каминной полке и гипнотизируя меня наглыми глазками.
— Мне это ни о чем не говорит. — Искры, наконец, упали на мятую бумагу, которую я использовала вместо трута.
А теперь подуть… Вот так, аккуратно, чтобы не загасить.
