5
0Передо мной была полная биография эльфийского правителя со всей его родословной и изображениями от пеленок до нынешнего дня. Причем отчет был не просто официальным изложением фактов, а поразительно полным повествованием с очень личными, а порой и интимными подробностями. Вплоть до картинок!
Одно из сведений повергло меня в шок. У строгой матушки Лерри была легкомысленная сестра — Пиала, которая сбежала с князем Драко (дедушкой Дорваны). В результате отцы Дорваны и Лерри были двоюродными братьями, а сама Дорвана приходилась Лерри, если я нигде не ошибаюсь, двоюродной племянницей! Но ни его, ни ее данное обстоятельство в процессе соблазнения не смущало! Хотя чего я возмущаюсь? Здесь-то правила иные. Получается, что мы, как и любые монархи других миров, также в какой-то мере приходимся друг другу родственниками. А точнее, я праправнучка двоюродной племянницы Лерри. Очаровательно! Интересно, а оборотни в нашей родословной тоже отметились?
«Нет», — отрезала книга.
— Точно? — изумилась я.
«Да. Драконы в родословной оборотней потоптались, лохматые в вашей — нет».
— У меня есть родственники среди оборотней?
«Были точно. Два брата».
Опа! У меня прямо холодок по спине пробежал. Это что ж получается? Мне за родственниками надо на территорию оборотней тащиться? Прямо в пасть ко льву? Если я границы Мортифора без спроса переступлю, меня гостьей не посчитают, а повторно выяснять с правителем оборотней отношения ой как не хочется!
— Насколько они подойдут под проклятие?
«Они ваши сводные братья. Вероятность девяносто процентов».
А-а-а! Вот засада! Да что они там все сговорились, что ли?
— Сколько тебе нужно времени?
«На все вопросы уйдет пара дней».
— Блеск! А что пока посоветуешь?
«Не нарывайся! И береги себя».
— Да ты просто кладезь полезных советов! И как это я раньше не догадывалась беречь собственную шкуру?!
«Не язви. Ты мне нужна!»
«Хорошая хозяйка». — И в конце фразы появился современный смайлик, часто употребляемый в Интернете.
— А что еще ты можешь мне поведать интересного?
«В проклятие тебя втравил оборотень».
«Знаю расу, но не вижу личность. Очень могущественный магический резерв у данного существа».
Неужели Мортифор? Между лопаток вновь пробежал холодок. Многое в данном правителе было загадкой. Я его мало знала, но иногда казалось, я попадала на его волну и могла понимать. И то, что мне открывалось, было пугающе неоднозначным. В нем по какой-то странной случайности могли уживаться самые непримиримые крайности. Благородство с коварством, милосердие с жестокостью. Но самым страшным его оружием был тонкий, острый как бритва ум. И Мортифор, будучи очень красивым мужчиной, умело скрывал его за маской сексуальности. Полагаю, он не хуже эльфов умеет спекулировать собственной внешностью.
