2
0— Никаких интервью, пока не будет составлен и подписан контракт!
— И как тебя, такого вредного, еще в лесочке где-нибудь не прикопали? — проворчал пузатенький и извлек из воздуха кипу пергаментных листков приблизительно формата А4.— Держи, троглодит!
Вик принял бумажки и быстро пробежал глазами написанное.
— Не пойдет, — через некоторое время вынес он вердикт.
— Как не пойдет?! — возмутился пухлячок. — Это же стандартная версия договора!
— А потому и не прокатит, что мы не стандартные клиенты! — огрызнулся Вик. — Вы что думаете, я такой лох, позволю вам на нас бешеные бабки срубить, а нам самим получить только десять процентов от вашей прибыли?! Значит, так: восемьдесят нам, двадцать вам.
— Это грабеж! — подпрыгнул Астормах.
— Не нервничай, пузатик, с твоим весом это чревато инфарктом.
— Да ты сам ходячий инфаркт! Ворюга!
— Я — бизнесмен, — осклабился Вик. — Кому не нравится, пусть уходит!
— Ты не бизнесмен, ты мой кошмар! — отозвался пухленький. — Семьдесят нам, тридцать вам.
— Шестьдесят пять нам, тридцать пять вам, и я забываю адресок твоей дочки.
— Что за драконовские методы?!
— А я и есть дракон! — огрызнулся Витька.
— Значит, так, — встрял самый высокий. — Пятьдесят процентов нам, пятьдесят вам, и ты помнишь адресок его дочери.
— Заметано! — ухмыльнулся Вик.
— Убью заразу! — раненым зверем взвыл Астормах и кинулся с кулаками на Витьку.
Сарки его подхватили под ручки и оттерли назад.
— Как ты мог рассчитаться моей дочерью?! — прошипел пухленький главарю.
— А нечего было ему контракт на всеобщем давать, — огрызнулся тот. — Такие деньги из-за твоей глупости потеряли!
— Да я ему на нашем дал! — обиженно засопела потерпевшая сторона. — И, между прочим, на старинном редком труднопереводимом диалекте! Чтоб наверняка.
— Тогда как же он понял?!
— Вы что думали, я финансовых документов на чужом языке не пойму? — ухмыльнулся Вик. — Я — дракон, и, если дело касается денег, я вам и на китайском заговорю!
— Ну, ты и хапуга! — присвистнул носатый.
— От таких же и слышу! — парировал Вик.
Сарки тут же расцвели и скромно потупили глазки. И тут меня осенило.
— Вик… — Я осторожно тронула брата за рукав. — Вить, не злись, они тебе только что самый величайший комплимент сделали. Ты забыл, кому они поклоняются и кого считают своим папочкой? Для них же сравнить кого-то с Хапугой равносильно присуждению самой престижной и дорогой премии мира!
— Мне лучше комплименты делать в фунтах стерлингов и в швейцарском банке, — буркнул друг.
— Вот и я о том же! А самое смешное, что ты действительно Хапуга!
— Что? — опешил Вик, возмущенно глядя на меня.
— Не Задира, не Тихоня, не Квипрокво, не Либ-им-и-до, а именно он.
