0
0В сухом остатке имеем относительно исправную рацию, частоту, на которую она была настроена, разбитый генератор и мёртвого радиста. До кучи – ещё и его блокнот. В котором мужик тщательно отмечал время выхода на связь.
Листая записи покойного связиста, понимаю, что обязательных сеансов связи у него было всего по три в день. Утром, днём и вечером – покойный это тщательно фиксировал. Если бы он ещё и содержимое разговоров записывал!
Увы… чего нет – того нет!
И его вполне можно понять – запас топлива для генератора был относительно невелик.
Теперь понятно, отчего он включил его на подъезде к месту боя – готовился передать сообщение о приёмке новой партии «товара».
Но… ладно, чего сейчас-то гадать?
Связист обрадовал – пришло сообщение от нашего обоза с ранеными. Там всё ровно, никто, слава богу, не помер. Так что есть шансы на то, что их вовремя перехватят по дороге.
– Город сообщил, чтобы готовили посадочную площадку – самых тяжёлых вывезут воздухом.
Вот это, блин, прямо кирпич с души! Надо отдать должное руководству Старопетровска: когда речь идёт о таких вещах – все расходы побоку! Своих надо спасать! И в какие бабки встанет вылет спасательного самолёта – равнофиолетово!
Неизбежные хозяйственные и сопутствующие хлопоты, проверка матчасти и прочее… я пришёл в себя только вечером. Спать! И – немедленно! Эх, Василисы рядом нет… котища так здорово умеет замурлыкивать любые головные боли…
Ну то, что оно добрым никогда не бывает, – уже аксиома.
Быстрый перекус – и здравствуйте, повседневные хлопоты!
Так что, когда на пороге появляется посланец от Никодимыча, его встречает далеко не самый благожелательный взгляд. Мол, а тебе-то тут ещё чего надобно?
– Павел Никодимович просил вас в гости. Там… там будет с кем поговорить.
Понятно, он выцепил Зонова.
Встреча, кстати, произошла вовсе не в кабинете безопасника, а в очередном кабачке. Понятное дело, что к данному месту я не в гордом одиночестве прибыл, голову-то на плечах никто не отменял…
У входа уже крутился один из прошлых знакомцев, так что с поиском нужного столика проблем не возникло. Снова «отдельный кабинет» – но на этот раз это уже действительно была нормальная комната, а не отгороженная шторой ниша в стене.
Рядом с Горяевым восседает крепкий бородач лет пятидесяти. Надо полагать, это и есть мой недоброжелатель.
– День добрый! – приподнимается мне навстречу безопасник.
– И вам всем здравия! – киваю в ответ, опускаясь на предложенный стул. – Не представите мне вашего гостя?
– Зонов Владимир Ильич – промышленник и предприниматель. Наш князь его ценит и уважает.
Бородач степенно наклоняет голову.
– Петр Михайлович Фомин, – поворачивается в мою сторону Горяев. – Более известен как Беглец.
