Пленница судьбы

— Что мы станем делать дальше? — спросила она.

— Поедим и поднимемся в комнату, — ответил Эжен, перебирая ее пальцы. — Я снял ее до завтрашнего утра. А потом решим, куда нам лучше отправиться.

Девушка нахмурилась:

— По-моему, мы уже решили.

— Да, я помню, — спокойно произнес Эжен. Он посмотрел на нее выжидающе и с надеждой, но ничего не прибавил.

— Расскажи о себе, — попросила Мари.

— Рассказать? Ладно. Моя история очень проста. Я уже говорил, что родился в Марселе, в бедной семье, где было двенадцать детей. Отец был грузчиком в порту: умел работать, умел и выпить.

Мать тоже работала не покладая рук: столько детей — не шутка! Понятно, никто не собирался содержать меня до совершеннолетия, и в шестнадцать я нанялся на корабль. Работа тяжелая, но и впечатлений столько, что хватит на всю жизнь! Когда я встретил Мадлен, мне было восемнадцать. Для нее не существовало ни долга, ни верности. Она поиграла со мной, а потом вышла замуж за капитана того судна, на котором я ходил в море. А я… я уехал подальше от родных берегов. Единственное, чего я тогда хотел: тишины и покоя. Да еще жить у моря.

Внезапно Мари расплакалась.

— Что случилось? — спросил Эжен.

— Извини, — прошептала девушка, с досадой размазывая по лицу предательские слезы, — вообще-то я редко плачу. Просто подумала: мои родные сходят с ума от переживаний, возможно, они считают, что я утонула, а я…

— Мы можем вернуться. Полагаю, они нас простят.

Она покачала головой:

— Из-за бывшего жениха?

Лицо Мари окаменело.

— Почему ты не вышла за него?

— Совсем ничего не видел?

— Да. Мне пришлось бы оберегать его от жизни, ж щадя себя. И если бы в конце концов я пришла к выводу, что мы не подходим друг другу, то все равно не сумела бы уйти.

Словом, я во много раз хуже твоей Мадлен.

— Да нет, — несколько растерянно произнес Эжен, — женщина не обязана быть сильнее мужчины.

— Спасибо, что ты меня понимаешь.

Перед мысленным взором Мари предстала колдовская неподвижность глаз Кристиана, глаз, напоминающих таинственные горные озера, распростертые под туманно-пасмурным небом.

— И все-таки, — тихо прошептала она, — я его предала.

Железная дорога Мари поразила, притом что к тому времени сеть железнодорожных путей во Франции уже протянулась на многие сотни миль.

Девушке понравилось, что можно сидеть, как в комнате, и вместе с тем ехать так быстро. Впрочем, все остальное не слишком радовало: духота, копоть и пыль. И все же она замерла, как завороженная, прильнув к окну: земля летела мимо миля за милей, прочь уносились поля, рощи, целые деревни, а поезд постукивал и покачивался, навевая дремоту. Вскоре стемнело, и в глубоком чистом небе засияли разноцветные звезды. Мари не могла понять, почему луна мчится за поездом, и следила за ней, пока не стало клонить в сон.