Пламя и кровь. Пляска смерти

 – Мы, хорошо зная вашу милость, видим, что вы любите короля как родного сына и стараетесь на пользу ему и всему государству, но другие могут подумать, что вами движут причины не столь благородные… что вы ищете власти и славы для вашего дома».

Иные двери, замечает наш многоумный Гриб, лучше не открывать, ибо «одни боги ведают, что за ними таится». Лорд Пек открыл для своей дочери дверь, ведущую к трону, но у других лордов тоже имелись дочери, а также сестры, племянницы, вдовые матушки и незамужние тетушки. Не успела дверь закрыться, как они все полезли в нее, заявляя, что у них найдутся невесты получше Репки.

Перечисление всех имен заняло бы слишком много страниц, но некоторые из них достойны упоминания. Леди Джоанна, отвлекшись от войны с Грейджоем, написала деснице, что ее дочери Серелла и Тишара как раз достигли брачного возраста. Дважды овдовевшая Элинда Баратеон предлагала собственных дочерей, Кассандру и Эллин: Кассандра-де уже побывала в королевских невестах «и к обязанностям королевы хорошо подготовлена». Лорд Торрхен из Белой Гавани прислал ворона с напоминанием, что «жестокая судьба» не раз разрушала союзы между драконом и водяным, но король может это исправить, взяв в жены одну из девиц дома Мандерли.

Тамблетонская вдова Шарис Футли смело предлагала в невесты себя, но самое дерзкое письмо пришло от неугомонной леди Саманты из Староместа. Ее сестра Сансара из дома Тарли, писала она, «сильна духом и прочла больше книг, чем половина мейстеров Цитадели», а Бетани из дома Хайтауэров «настоящая красавица с гладкой кожей и пышными волосами», но при этом несколько «ленива и глуповата, хотя многие мужчины и не прочь иметь такую жену». Она предлагала, чтобы Эйегон взял в жены обеих: одна будет помогать ему править, как Алисанна королю Джейехерису, другая спать с ним и рожать ему здоровых детей. Если же они по каким-либо причинам не подойдут, то вот вам еще тридцать одна благородная девица: Хайтауэр, Редвин, Тарли, Амброз, Флорент, Кобб, Костейн, Бисбери, Варнер, Грим и так далее. Гриб добавляет, что там был и постскриптум: «Мне знакомы и красивые мальчики, если его величество больше к ним тяготеет, но они, боюсь, ему наследника не подарят». Другие источники не упоминают о сей приписке, само же письмо утрачено.

Перед таким натиском лорду Анвину пришлось отступить. По-прежнему намереваясь выдать за короля свою дочь Мириэллу, он хотел сделать это так, чтобы не рассердить лордов, в чьей поддержке нуждался. Уступая неизбежному, он провозгласил с Железного Трона: «Его величество ради блага своих подданных должен взять другую жену, хотя возлюбленную нашу Джейегеру в его сердце никто не заменит. На эту честь претендуют многие прекраснейшие цветы Семи Королевств.