Пять невест и одна демоница

 – Вот, что он пишет.

Вязь букв. Почерк аккуратный, как и у всех предков, это только Ричард пишет, что курица лапой. Но ему хроник не оставлять.

Он пробежался по строкам.

Ничего особого. Еще один дневник, правда, этот Ричард прежде не читал. Хотя… все они похожи друг на друга.

Нестабильность. Разлом. Демоны. И твари хаоса. Восставшие кладбища, которых слишком много, да и как оно может быть иначе, когда погибли города.

– Не понимаю, – Ричард прочел дважды.

– Я тоже не сразу сообразил, но вот… смотри, – Ксандр ткнул в строку. – Видишь?

Кривоватые строки, и идеальный почерк теряет идеальность.

Слова, за которыми видится отчаяние. Те люди стояли на грани.

Они смогли. А Ричард? Он даже жениться не способен сам, чего уж говорить о прочем.

– Они устали, Ксандр, – Ричард сложил страницы вместе. – Вот и написал. Ты же не думаешь, что он это всерьез?

Слова и ничего более.

– Я как раз думаю, что всерьез. Смотри, – Ксандр вытащил из-под стола лист. – Видишь? Здесь количество прорывов первого, второго и третьего уровня. А здесь – вы. Точнее мы.

Извилистая линия, пересекающая лист, похожа на змею.

– Времена Сакхара Кровавого.

Он сам, трое его братьев, его и их дети. Род на пике силы, и в итоге прорывы случаются едва ли не каждую неделю, причем столь серьезные, что дважды речь заходила о самопроизвольных вратах. Им не позволили образоваться, но ценой жизни трех Архагов.

Это не может быть правдой.

– Прорывы стали реже. Но они были все еще опасны и унесли жизни многих. Уцелел лишь старший сын Сакхара и его младший брат. Они были юны, но именно в первые годы их власти прорывы практически не беспокоили земли.

Конечно, не может. Совпадение.

Сакхар закрыл врата.

Случился выброс энергии в межмирье, а стало быть, и каналы, связывавшие миры, дестабилизировались. Все объяснимо.

– А вот у Эшту появляется жена и дети, и у его брата… – палец Ксандра скользит по линиям. – Они входят в возраст силы и… количество прорывов увеличивается.

Нет. Это… это можно опять же объяснить стабилизацией. Время идет. Остаточная энергия в межмирье рассеивается, а в долине, наоборот, накапливается, ищет выход, разъедая ткань мира, вот и получается, что получается.

– Мне тоже так показалось. Поэтому и молчал. Хотел проверить, но… взгляни.

Я восстановил последние три сотни лет. Как только наш род набирает силу, случается беда.

И линия змея. И еще лист. Имена. Факты. Ксандр не стал бы врать. Не так. Не с фактами. Факты ведь легко проверить. Но если допустить даже не мысль, тень мысли, что все может быть так, как говорит Ксандр, то… получается…

– Мне нельзя жениться?

– Не знаю, – Ксандр осторожно забрал лист. – Понимаешь, я бы хотел сказать точно. И может, это был бы идеальный вариант. Архаги уходят. А с ними и тьма покидает мир.