3
0– Тех, кому мы должны, – Летиция дернула плечиком и потянула за заевшую фижму. Та заскрипела.
– Очень по-королевски, – произнесла Ариция, не скрывая ехидства. – Но, боюсь, они могут не согласиться. И что тогда?
– Ты и вправду такая дура или притворяешься?
Летиция раздраженно дернула фижму, которая никак не хотела опускаться. Или наоборот, надо было вторую поднять? Где прислуга, когда она так нужна? И надо бы вообще привести себя в порядок.
Прическу поправить. С украшениями разобраться, а то, конечно, матушка уверяла, что девице к лицу скромность, но это пусть другие скромничают.
– Ни отец, ни даже матушка давно ничего не решают. Деньги… деньги – это не только побрякушки с нарядами. Это армия. Оружие. Безопасность. И теперь у нас нет ни того, ни другого. Поэтому брак важен.
– Он какой-то… не такой, – фижма заскрипела и повисла, теперь роскошное некогда платье выглядело и вовсе несуразно, будто драгоценную парчу накинули на стог сена.
– Ирнейцы давно уже мутят воду. И не они одни. Многие обрадуются, если вдруг случится смута. А она грядет… ей помогают.
Ариция заложила руки за спину.
– Но никто и никогда не посмеет бунтовать против тех, за чьей спиной Легионы смерти.
– Несомненно! Но до крайности полезный ужас.
– Я про платье! – Летиция приподняла тяжеленную юбку, с тоской подумав, что хваленая конструкция не перенесла дороги. А если и запасная окажется столь же хлипкой?
Где в нынешней глуши разжиться приличными фижмами?
Или хотя бы кринолином?
Кринолины, конечно, уже из моды несколько выходят, но на Проклятых Землях вряд ли кто об этом знает.
– Ужас, во что оно превратилось…
– Ты неисправима! – Ариция закатила очи.
– Я просто хочу быть прекрасной. Если уж вам так нужен этот Властелин… рожа у него какая-то не властная.
И пудра осыпалась. Летиция давно уже подозревала, что в нее муки досыпают, а теперь вот окончательно в том уверилась.
– Да и вообще… не хватает ему чего-то.
– Почему сразу меня? – Летиция вытерла платком нос, который зверски чесался. – Если он так нужен, то забирай…
– И заберу. Его, Легионы смерти, замок этот и драгоценности…
Сестрица развернулась и, приподняв юбки, – а ее фижмы смотрелись вполне себе пристойно – удалилась.
Летиция с раздражением отшвырнула платок и уставилась в зеркало.
Нет, природную красоту, конечно, ничем не испортишь, но теперь из зеркала на нее взирала мрачного вида девица с пятнистым лицом, рассыпавшейся прическою, из которой в разные стороны торчали перья. Будто она в курятнике побывала. Ладно, в страусятнике.
Девица глядела недовольно.
И помада поплыла. А заверяли, будто высочайшего качества. Точно, крадут. И мешают.
