3
0– Дальше-то что? – поинтересовалась я вслух у Замка, который, казалось, потерял всяческий интерес к делу нынешнему.
Ну да, преображения начались.
Мойка ковров, которые, может, и являли собою немалую историческую ценность, но уж больно пыльную. Еще были паркеты, которые требовалось отмыть и натереть. Шпалеры.
В общем, много чего, чем занялись молчаливые мрачного вида люди. Людей привел дэр Гроббе, почтительно со мною раскланявшийся, и заверивший, что все-то будет исполнено.
Заверил даже, что лично проверил. Я как-то постеснялась уточнять, что именно там проверялось, способности к пению или другое чего.
Оно еще Антонина Егоровна говаривала, что хороший начальник знает, когда надо убраться, дабы не мешать людям работать. А что присутствие мое несколько смущало местных, так это я шкурой чуяла.
Вот и нашла себе занятие.
Стою. Портреты разглядываю. Коготь покусываю. Думу думаю, понимая, что как-то оно с другим не вяжется.
– Доброго дня, – сказали мне отчего-то шепотом.
– Доброго, – также шепотом ответила я.
Ричард зачем-то оглянулся, после чего вошел и дверь за собою запер. И еще спиной к ней прислонился.
– Прячетесь? – поинтересовалась я, ибо выглядел Повелитель тьмы на редкость несчастным. Волосы его торчали дыбом, особенно слева. Справа на скуле наливалась нарядной синевою гематома. Да и челюсть он осторожно поглаживал.
– Да… так… пришлось вот… – он вздохнул. – Поднять Командора.
На всякий случая я цокнула языком, выражая что-то этакое, вероятно даже сочувствующее.
– У него характер сложный.
– И кулак крепкий? – уточнила я.
– Что? А… это он случайно, – Ричард потрогал скулу.
– Потом разобрался, конечно, – он потер шею, на которой тоже проступали синюшные отметины, будто кто-то огромный взял да схватил Ричарда за шею. – Просто мы раньше не встречались.
– А тут встретились?
– Пришлось. Надо… безопасностью заняться.
Он отступил от двери, осторожно так, не сводя взгляда.
Ричард огляделся. Ну да, довольно странное место для развлечений, если, конечно, не развлекаться дорисовыванием портретам благородных предков рогов, хвостов и прочих пакостей.
– Скажите, – мысль вдруг настолько захватила, что я поспешила подхватить Ричарда под руку.
И указала на портрет.
Того, который со шрамом.
Вот что, каждое слово из него тянуть приходится.
– А вам… собственно говоря, зачем?
И что ответить? Что рожа у него интересная? Да такая же, если подумать, как у остальных. Вот реально, они все тут, ну, кроме Ричарда, копия друг друга. Ну и в остальном как-то врать не хотелось.
– Тут такое… дело вот… может, конечно, примерещилось, но я его видела. Ночью.
