А мы с тобой не чужие (СИ)

— Какое коварство! Мне и в голову не приходило, что ты ревнуешь. А вот предложение я забирать обратно не собираюсь! Не дождешься, Сухорукова. У меня по отношению к тебе ничего не изменилось. Я намерен отвести тебя в загс в день, когда ты получишь развод.

Она улыбается.

— Голубицкая выехала из отеля. Я встретила ее с чемоданом, когда шла сюда. Боюсь, она затаила на нас обиду.

Андрей хмурится.

— А я ей ничего и не обещал. Кстати, пусть пока побудет в черном списке. Так, на всякий случай.

Отпивает глоток кефира и тут же отодвигает его в сторону.

— Фу, гадость.

— Кофе тоже не самый лучший.

— Твой муж мне звонил.

Даша напрягается.

— Что он хотел?

— Напомнить, что ты его жена, и вернешься к нему, как только отпуск закончится.

Даша смотрит ему в глаза. Пронзительно, остро, пробирая до дрожи.

— Не вернусь, Андрей, — произносит уверенно. — После такого не возвращаются.

Он осторожно накрывает ее руку своей рукой.

— Значит… точно поженимся?

— Поженимся, — летит уверенный ответ.

Глава 43

Раннее утро, завтрак в придорожном кафе. Конференция и шумная столица остались позади. Наша машина несется по трассе в сторону родного города.

Андрей сосредоточен на дороге, а я сижу рядом, листая ленту в телефоне. Мы молчим, думаем каждый о своем. Но его рука периодически поглаживает мое колено, а я улыбаюсь этим естественным прикосновениям. И так хорошо, так спокойно на душе. Как будто я дома. Наверное, это спонтанное решение пожениться — самое правильное из всех возможных.

Ближе к вечеру решаем, что не будем торопиться. Переночуем в отеле, а потом двинемся дальше. В поисках отеля сворачиваем в небольшой торговый центр, чтобы поужинать и хоть немного размяться после дороги. Ужинаем бургерами с картошкой-фри, а потом сворачиваем в продуктовый магазин на первом этаже и покупаем темный шоколад и немного фруктов, после чего снимаем номер в маленьком отеле. На этот раз заселение проходит намного спокойнее, чем по дороге сюда.

— Маме послезавтра девять дней, — спохватывается Андрей.

— Уже? Как быстро летит время, — мрачнею. Мне жаль, что Андрей потерял своего самого дорогого человека.

— Да. Так быстро, что не успеваешь моргнуть, — он кивает. Подходит к окну, распахивает занавески. Смотрит на перекресток, на который открывается вид.

— Хочешь, я испеку что-нибудь? Раздадим на работе, чтобы помянули?

Андрей несколько мгновений смотрит на меня.

— Хочу, — произносит уверенно. — Испечешь пирог с яблоками? Мама всегда его пекла. Забыл название…

— Шарлотку? — уточняю, моргнув.

— Да, точно. Шарлотку?

— Испеку. Обещаю.

Я накрываю его руку своей рукой, и мы несколько мгновений стоим у окна, рассматривая перекресток.

Потом я закрываюсь в ванной комнате и долго стою под горячими струями в хлипкой душевой кабине.