4
0Как же долго тянется время, если оказываешься оторванной от привычных дел!
Мои родители отвезли нас с Даней за город на семейную дачу. Там и большие качели, и мангал, чтобы жарить мясо и овощи, и мамины любимые помидоры и огурцы разрослись пышными гроздьями."
"Дане мой папа нашел занятие — с вечера они возились на заднем дворе, копали червей, чтобы на рассвете отправиться на пруд на рыбалку. На самом деле до моего звонка маме ни у кого и в мыслях не было никакой дачи и рыбалки, но Даню было надо чем-то увлечь, и папа выбрал единственный знакомый ему метод. Позабыв о своих ученых званиях, он усердно пыхтел, копая землю. Рядом с ним озадаченно крутился изнеженный роскошной жизнью в квартире Данька.
Моя мама кинулась на обставленную в деревенском стиле кухню, принялась жарить любимые Данины драники, а я…
Первые сутки я просто лежала в кровати на мансарде, на которую вела деревянная лестница из просторной гостиной. Уставившись стеклянными глазами в стену, я пыталась переварить то, что произошло. Данька совал мне в лицо мелкую рыбешку, которую удалось выловить в пруду, радовался жутко!
Я улыбалась, хвалила его, а в груди жгло ощущение, что меня обокрали. У меня забрали мужа, забрали имя у моей погибшей дочери, а у моего сына отняли квартиру. Впрочем, Даня в накладе не останется — ему от моих родителей в наследство будет и квартира, и дача. Обиднее всего за украденное имя Ангелина. Мою Ангелиночку похоронили, и то, что Юлька так бессовестно сыграла на чувствах Сережи, подсунув ему ребенка с таким же именем, не без подсказки свекрови, меня добило. Неужели она надеялась его привязать таким образом? Вроде как: смотри, Даша не смогла, а я подарила тебе Ангелиночку! Если учесть тот факт, что моя малышка погибла из-за аварии, это чудовищная манипуляция. Вот как теперь с этим всем жить дальше?
Слышу шаги — по лестнице на мансарду поднимается мама.
— Даша, там тебе цветы передали, — мнется она.
Я хмурюсь. Отставляю кружку с недопитым кофе на подоконник.
— Что еще за цветы?
— Спустись, сама посмотри. Я в это дело лезть не хочу, — она гордо разворачивается к лестнице, всем своим видом показывая пренебрежение к тому, кто прислал букет.
В первой половине дня уже зябко. Накинув на плечи длинный кардиган, я спускаюсь с мансарды.
В просторной столовой на деревянном столе в вазе стоит букет роскошных красных роз. Розы именно такие, как я люблю — сочные, свежие, благоухающие.
Сердце сжимается от неприятного ощущения — я ведь не глупая, понимаю, что они от Сережи. Подхожу к букету, вынимаю изнутри открытку.
«Моя дорогая, любимая жена! Прости меня, если сможешь. В этом мире есть только одна женщина, которая для меня все. Это ты. Сегодня в обед я заеду к вам с сыном. Люблю, скучаю. Сережа»
Я понуро вставляю открытку обратно в букет.
