Остров зомби

В Сьюдад Нативидадо оставленный англичанами у отеля наблюдатель сообщил, что их номер заняли пожилой азиат и худощавый европеец, который, когда ему пригрозили «вальтером Р-38», заявил, что ему чертовски не по душе этот остров, а также его собственное правительство, да и все прочие правительства тоже, и погода, и гостиница, и тот, кто наставил на него пистолет, и «мыльная опера», которая шла по телевизору. Из-за нее-то и пришлось тащить телевизор за тридевять земель, а «оперу» эту он видел двадцать два раза, и она ему опротивела в самый первый. Однако если англичанин не хочет неприятностей, он не советует мешать его приятелю смотреть ее. Особенно в такую жару. И ему это облегчило бы жизнь – ужасно не хочется убирать трупы, а о том, чтобы оставить их неубранными в такой жаркий день, и говорить нечего.

Да, этот странный белый понимал, что на него наставлен пистолет, но не разобрал, что это «вальтер». Какой там у него калибр? Ну, да не все ли равно, это не имеет значения, даже если англичанин решится выстрелить.

– Говорил он еще что-нибудь? – спросил доктор Джеймсон.

– Да. Сказал, что его раздражает стук барабанов.

– Ничтожество какое-то, – изрек свой приговор доктор Джеймсон по рации.

– Выкиньте его из комнаты.

– А почему бы и нет?

– Хорошо, сэр. Прикончить?

– Если будет необходимо, – проговорил в микрофон доктор Джеймсон.

– Из-за комнаты? Всего лишь из-за гостиничного номера?

– На Бакье это достаточно веская причина.

– Они выглядят такими беспомощными, сэр. У них даже нет оружия. А белый – американец, сэр.

– У нас был очень тяжелый день. Пожалуйста, закончите все поскорее, – сказал доктор Джеймсон.

Он и остальные члены группы остались в машинах, ожидая известия, что комната освободилась. Через двадцать минут доктор Джеймсон послал вдогонку еще одного агента, дав ему рацию и приказав срочно доложить, свободна ли комната. Если у первого агента сломалась рация, хозяйственному отделу в Лондоне не поздоровится.

И второй гонец не вернулся.

Римо посмотрел на пистолет. По тому, как его держат, всегда можно понять, когда спустят курок.

Большинство людей этого не замечает. Если на них направлено оружие, они уже не вглядываются, как у нападающего лежат пальцы на курке и в каком месте руки больше натянута кожа. Этому нужно учиться. Ведь и точно попасть битой по мячу – вещь невозможная для того, кто никогда не видел раньше бейсбольного мяча, но для игрока высшей лиги – пустяковое дело.

Итак, Римо понял, что человек пока не готов спустить курок. Об этом ему сказали недостаточно напряженные пальцы.

– О'кей, спасибо за предупреждение, и приходи, когда созреешь, – сказал Римо и закрыл дверь.

Чиун сидел перед телевизором в позе лотоса.