Остров зомби

– Шлюха! – прорычал он. – Я превращу тебя в ничто.

– Какая разница, – спокойно проговорила женщина. – Ничто – это тоже что-то.

Хотя Корасон и обезумел от ярости, он все же помнил, что самые заклятые враги – это ближайшие сподвижники, и начал обычное представление с вращением ручек. Скрытые камеры и прочая тайная аппаратура англичан тут же заработали.

– Даю тебе последний шанс. Последний. Чье колдовство сильнее?

– Тогда прощай, – в сердцах сказал Корасон. – И посмотрим, чье колдовство победит.

Корасон слегка волновался. Он помнил, как долго не распадался делегат Умибии. Наконец Корасон нажал на нужную кнопку. Генератор заурчал, обеспечивая электричество и тем самим приводя в действие катодную трубку. Ее излучение, пронизав субстанцию, которую местные жители называли мунгом, обрели чудовищную силу. Эта сила заявила о себе треском и зеленым сиянием. Ярко-оранжевое платье, издав звук, подобный вздоху, опустилось на темную лужицу, которая еще совсем недавно была хозяйкой лучшего борделя Бакьи.

– Впечатляюще, – произнес доктор Джеймсон. – Мы хотим идти с вами рука об руку. Британия и Бакья – острова-побратимы. Заключим военный союз.

– Лгунья, – бубнил Корасон. – Лгунья, лгунья, лгунья. Она все наврала. Лгунья.

– Конечно, ваше превосходительство, но вернемся к главному... – твердил свое доктор Джеймсон.

– Главное – то, что лгунья понесла кару, разве не так?

– Так, конечно, – согласился доктор Джеймсон и откланялся.

За ним отвесили поклон и остальные англичане и один за другим покинули дворец. Но в гостиницу они направились не сразу. Обнаружив, что за ними следят южноафриканцы, англичане заманили их агентов, изображавших бизнесменов, на боковую дорогу, и там выпускники Итона хладнокровно расправились с бурами, жителями их бывшей колонии.

По мнению доктора Джеймсона, дело это было нехитрое. Вы как бы не замечали, что автомобиль конкурентов преследует вашу машину, прямиком направляясь туда, где уже ждала ваша засада, и когда преследователи собирались перекрыть вам дорогу, ловкие парни из засады, прицелившись из «вальтеров Р-38», всаживали пули в их недалекие лбы. Джеймсон со своими ребятами проделывал этот фокус множество раз – и не только с агентами враждебных держав, но и с союзниками – американцами, израильтянами, французами, канадцами. Но все это были мелочи. В шпионаже допустимо все – только не попадайся.

– Хорошая работа, – похвалил доктор Джеймсон своих людей.

Южноафриканец, обливающийся кровью после неточного выстрела, оторвавшего ему ухо, поднял руку, прося пощады. Другой рукой он вцепился в руль автомобиля, словно это могло спасти ему жизнь.

– Сожалею, старик, – сказал доктор Джеймсон, – Картрайт, исправьте свою ошибку.

– Сейчас, – отозвался человек с худым лицом.