1
0– Ну, вот, значит, они и кухарку прикончили. Я и не знал. А болгары еще самые миролюбивые.
Клерк зачитал список постояльцев. Среди них были русские и китайцы, англичане, кубинцы, сирийцы, израильтяне, южноафриканцы, нигерийцы и шведы. И все они намеревались отнять у Бакьи ее новое оружие.
– Я уж не говорю о повстанцах, они тоже ждут номеров.
– А может, кого-нибудь сейчас нет в гостинице?
– Боюсь проверять, но, мне кажется, я слышал, как сегодня утром англичане пальнули пару раз из миномета. Обычно они так делают перед тем, как идти пить чай.
Капитан щелкнул каблуками и отдал честь.
– Сеньор американец, у нас есть для вас замечательная комната.
Сгибаясь в три погибели, первая группа солдат втащила два сундука по парадной лестнице. Один сундук заклинило – тут же приоткрылась дверь чужого номера. Оттуда стали палить засевшие там южноафриканцы, им ответили русские, которые решили, что это опять резвятся болгары. Два капрала скатились по лестнице вниз, один – прижимая к себе беспомощно болтавшуюся раненую руку.
Мало-помалу солдаты перетащили на второй этаж в номер, расположенный на восточной стороне, все четырнадцать сундуков. О присутствии британцев в нем ничего не говорило, разве что мина-ловушка – сюрприз, оставленный ими на пороге.
Клерк был прав. Номер 2-Е на втором этаже временно пустовал. Все сундуки удалось втащить в комнату. Происшествий больше не было, кроме одного несчастного случая. Молодой солдат, отец которого дал большую взятку, чтобы определить сына на безопасную службу в аэропорт, где легче добиться повышения, получил пулю в лоб.
Его накрыли простыней – по ее виду можно было догадаться, что изначально она была белой, но не была в стирке много лет.
Наконец, уже ничто не мешало желтолицему американцу с ногтями потрясающее длины пройти в комнату, и Чиун вступил в номер 2-Е, перешагнув через лежащий на пороге и накрытый простыней труп юноши.
Капитан извелся от напряженного ожидания. Больше всего на свете ему хотелось распрощаться с этим опасным американцем и убраться подальше от гостиницы, пока у него не перестреляли всех подчиненных.
– Куда это вы торопитесь? – спросил его Чиун.
– Мы ведь проводили вас до самого номера. Он вам нравится?
– Полотенца несвежие. Простыни – тоже. – Чиун посмотрел в окно. – А где залив? Из этой комнаты не виден залив. В постелях явно кто-то спал. Где горничные? А лед? Лед обязательно должен быть. Лично мне он не нужен, но так полагается.
Чиун заглянул в ванную.
– Другие номера не лучше, сеньор, – сказал капитан.
– Но некоторые все же выходят окнами на залив, – возразил Чиун. – И, думаю, там должны быть чистые полотенца и простыни.
– Сеньор, нам очень жаль, но больше мы ничего не можем сделать.
