4
0Спустя несколько томительных секунд, озвучили еще одну сумму. Щедрые предложения сыпались одно за другим."
"Торговец уже молчал, а лишь покрякивал от удовольствия. Ирьята же с каждым звуком цепенела. Она никогда даже и представить себе не могла, что ей придется испытывать такое публичное унижение. Похотливые взгляды жгли и хлестали ее тело. Десяток голосов слился в один рокочущий гул, в котором она уже не могла различить ни слова. Казалось, еще немного, и она впервые в своей жизни упадет в обморок.
Внезапно наступившая тишина слегка привела ее в чувство.
Свою цену озвучил покупатель, появившийся позже других. Весь одетый в темные, столь редкие для этого солнечного мира одежды, он вышел вперед. Его горящий взгляд не отрывался от Ирьяты, когда он снова поднял цену, заткнув за пояс неуемного соперника.
Тишина. Молчат, досадливо отводя глаза, участники торгов.
- Продано, - визгливым голосом провозглашает торговец,- мужчине в черном.
И только теперь Ирьята переводит взгляд на только что купившего ее мужчину…
Глава 74. Он и она
Никогда она не забудет эти глаза! И пусть его лицо скрыто за темной маской, этот ослепляющий взгляд она узнает из тысяч.
Да как же он мог!
В ту ночь, одев свой самый соблазнительный наряд, она ждала, когда Итон снова придет к ней. Вот уже несколько ночей кряду он оставался у нее до самого утра. Осыпал ее ласковыми словами и нежными поцелуями. Бережно любил ее и дарил такие сладостные для ее сердца обещания. В эту ночь она тоже ждала его. Глаза нагайны, впервые за многие годы, светились от счастья. Когда постучали в ее дверь, она ничуть не удивилась, а стремглав бросилась открывать. Но вместо любимого мужчины ее ожидал накинутый на голову мешок, жесткие веревки и чужие бесцеремонные руки, забросившие ее на широкое плечо. А дальше – сущий ад!
- Велено отправить ее куда подальше, - гудел гнусавый голос. – Немедленно доставьте ее на невольничий рынок и продайте первому, кто отдаст за нее хоть что-то.
Она совершенно потеряла чувство времени, изнывая в темном трюме от жажды и голода. Каждая клеточка ее тела, лишенная возможности двигаться, болела и горела огнем. Полчища крыс, царапая ее своими коготками, терзали нежное тело.
Как и было велено неизвестным, ее перепродали другому торговцу за гроши, даже не снимая с нее мешка. Когда ее привезли в ее новую темницу и бросили в клетку с такими же несчастными пленниками, как и она сама, чьи-то добрые руки помогли ей избавиться от мешка и веревок, поднесли к потрескавшимся губам кружку с водой.
Прямо в клетку, как диким животным, надсмотрщики бросали объедки с чужих столов. Один раз в день, прямо через прутья, поливали пленников водой.
Так продолжалось несколько дней.
