8
0
Ирьята вздрогнула, как от пощечины. Нервишки ее в конец расшатались. Ничего не скрылось от внимательно наблюдавшего за ней мужчины.
- Ты думала, я не замечу подмены? Разве это та девушку, которую воспитывала моя мать?
Задавая этот вопрос, Итон хотел узнать, насколько глубоко увязла его рабыня в этом деле. Была ли случайностью свершившаяся подмена.
- Я не знаю, кого растила ваша мать, повелитель. Но да, я сразу поняла, что в этой девушке нет ни капли крови вашего рода.
- И решила промолчать?
- Я не сомневалась, повелитель, что от вашего внимания эта подмена не ускользнет. Но…
- Что «но», Ирьята? – мужчина сделал шаг вперед по направлению к ней.
- Но я решила положиться на волю ваших богов, повелитель. Но боги приняли ее, а алтарь очистил ее лоно.
- КАК она попала в наш мир? Ты имеешь к этому отношение?
- Нет, повелитель, не имею.
Ее глаза не врали, он это видел. Он это чувствовал.
- А Виктория? Как ОНА здесь оказалась?
Всего секундное замешательство, и нагайна решила не таиться.
- Я привела ее, повелитель. Я нашла ее волос на старом алтаре в вашем родовом храме. И решила узнать, что это за девушка.
- И узнала?
- Я не успела. В мои покои ворвался Абр-хах.
В воздухе запахло страхом. Итон сделал еще шаг вперед. Он был уже так близко к ней, что без труда положил ладонь на гибкую шею, ощущая как бьется пульс в голубой вене.
- Ты боишься Абр-хаха? Разве ты кого-нибудь боишься, Ирьята? Чем он так пугает тебя? Он знает твои тайны?
Ирьята решилась. Дальше таиться не было смысла. Или она сейчас признается Итону в том, что догадалась о его тайне, или позже погибнет от рук отца повелителя.
- Нет.Это я узнала… вашу тайну.
Дракон оскалился в хищной улыбке, приблизив свое вплотную лицо к ее. Как, оказывается, нежностью и правильно заданными вопросами, можно много узнать.
- И какую же?
- Абр-хах - ваш отец, повелитель…
То ли вопрос, то ли утверждение.
- Да, это так, Ирьята. Он мой отец. И из-за этого он спустил свои штаны перед тобой?
- Этого я не знаю, повелитель."
"Итон впервые увидел, как ее лицо розовеет. Нежный румянец проступил через ее золотистую кожу. Такую реакцию он видел впервые. Обычно в минуты тревоги или злости, ее кожа, наоборот, становилась алебастрово-белой.
- Вы меня убьете?
- Но ведь твоей вины в этом нет?
В шоке от его непривычно нежных прикосновений, она отрицательно покачала головой.
- Но я ведь знаю вашу тайну.
- Я не боюсь, что это откроется, Ирьята. Меня признал умерший повелитель, меня благословили наши боги. Не думаю, что кто-то и из моих подданных оспорит мою власть.
Женщина смотрела в черные омуты глаз повелителя и не верила своим ушам. Глубоко в душе она уже приготовилась к тому, что доживает последние мгновения своей жизни.
- Я буду жить?
- Да, Ирьята, ты будешь жить.
