0
0— Бессмертный Небесный отец, владыка Олимпа, Водитель туч, Громовержец, Царь всех…
— Да-да-да. Чего тебе?
— Алчу милости, великий Зевс.
— Само собой, ты алчешь милости. Никто из родственников не навещает меня ни по какой другой причине. Вечно милости. Милости, милости, милости, сплошные милости. Что на сей раз? Небось насчет того троянского мальчика, да?
Немножко растерявшись, Эос не отступилась.
— Да, государь. Сам знаешь, когда находим мы себе пару среди смертных юношей… — Она позволила себе взгляд на Ганимеда, стоявшего за троном Зевса, всегда готового долить богу в кубок нектара.
— Однажды Танатос придет за моим царевичем Тифоном, и я этого не снесу. Прошу тебя даровать ему бессмертие.
— О. Да ладно? Бессмертие, а? И все? Бессмертие. Хм. Да, почему бы и нет. Неуязвимость для смерти. И это действительно все, что ты для него просишь?
— Ну да, владыка, это все.
Что тут может быть не так? Застала ли она Зевса в хорошем настроении? Сердце у нее запрыгало от радости.
— Исполнено, — сказал Зевс, хлопнув в ладоши.
Эос, простертая ниц, вскочила и, восторженно взвизгнув, бросилась целовать Зевсу руку. Он, кажется, тоже сделался очень доволен, рассмеялся и с улыбкой принял ее благодарность.
— Нет-нет. С удовольствием. Уверен, ты вскоре вернешься ко мне со своим «спасибо».
— Разумеется, если таково твое желание.
Вот же странный наказ.
— О, я уверен, ты явишься, не успеем и оглянуться, — сказал Зевс, все еще не в силах прекратить лыбиться. Он не понимал, что за коварный бес забрался к нему в голову. Но мы-то знаем, что проклятие Афродиты неумолимо продолжало действовать.
Эос поспешила обратно во Дворец Солнца, где ее обожаемый супруг терпеливо ждал ее возвращения. Поведала ему новость, он обнял ее и не выпускал из рук, они плясали по всему дворцу и галдели так, что Гелиос постучал в стенку и пробурчал, что некоторым вставать до рассвета.
Осторожнее с желаниями
Эос родила Тифону двоих сыновей: Эмафиона, будущего правителя Аравии, и МЕМНОНА, который, когда вырос, стал одним из величайших и устрашающих воинов во всем древнем мире.
Однажды вечером Тифон, положив голову на колени Эос, отдыхал, а она задумчиво наматывала золотую прядь его волос на палец. Напевала себе под нос, но вдруг умолкла и тихонько ахнула от удивления.
— Что такое, любовь моя? — пробормотал Тифон.
— Ты же доверяешь мне, правда, мой милый?
— Всегда и полностью.
— Я завтра вечером отлучусь. Вернусь как можно скорее. Не спрашивай, куда и зачем я собралась.
— У нас разве не было уже точно такого же разговора?
Она собиралась на Олимп — на встречу с Зевсом.
