Лунное сердце

Та сила, которую она призывала, выбираясь из башни в коридор, сила, которая покинула ее, когда на нее налетели трагг-и, отчего им удалось опрокинуть ее, теперь приливала к сердцу. У Сары загорелись глаза. Огонь, вспыхивая на ладонях, заискрился на кончиках пальцев.

Байкер отшатнулся к стене, а Сара метнула огонь в оставшихся трагг. Пока последняя из тварей не упала мертвой или не бросилась прочь из Дома, Сара прожигала их насквозь, но потом упала на колени, и огонь в ее руках погас.

— Вот это да! — воскликнул вышедший в коридор Такер. — Хорошо бы она заранее нас предупреждала, когда на нее такое найдет.

— Тихо! — резко оборвал его Байкер.

Он опустил свою невесомую ношу на пол и вернулся к Саре.

— Он всегда стремился помочь мне, — проговорила она сквозь слезы.

Байкер не знал, что сказать ей в утешение. Он посмотрел на тело Пэквуджи и вздрогнул. Мертвый человечек задрожал, стал прозрачным и исчез. На месте, где он лежал, остался только мешочек с талисманами. Байкер поднял его, взвесил в руке. Внутри что-то позвякивало.

— Сара, — позвал Байкер.

Но Сара, захлебываясь рыданиями, не слышала его. Он сунул мешочек в карман ее платья и привлек девушку к себе, не зная, чем ее утешить. Слишком о многом ему приходилось заботиться. Байкер посмотрел в конец коридора. Похоже, еще одна схватка выиграна. Но война продолжается.

Киеран пытался подняться на ноги. Зимний Брат грозно рычал. Трагг-а, задержавшаяся в дверях, будто ухмылялась. Только она собралась сделать шаг в комнату, как шерсть на ней запылала и гадина рухнула на пол. Внезапно наступила полная тишина, нарушаемая только рыданиями Сары.

Стиснув зубы, Киеран заковылял к двери. Поглядев направо, он увидел двоих мужчин. Один стоял неподвижно, другой утешал плачущую девушку, в которой Киеран с изумлением узнал Сару. Он понял, в чем ее горе, увидев распростертое тело Пэквуджи, и едва не задохнулся от изумления, когда это тело вдруг затуманилось и исчезло. Киеран не мог вспомнить никого из двоих мужчин, но тот, у которого был револьвер, очевидно, узнал его. Впрочем, это не имело значения. Важно было другое…

Он посмотрел в конец коридора и увидел Ха-кан-ту. Одна ее рука безжизненно висела вдоль тела, платье было разорвано и пропиталось кровью. Святая Мария! Только бы это была не ее кровь!

Ха-кан-та подошла к нему, и они неуклюже обнялись. В глазах ее стояли слезы, но она дала им волю, только когда уткнулась лицом в здоровое плечо Киерана.

— Всех поубивали, уцелели только трое, — звенящим от горя голосом сказала она. — Десять моих родичей полегли мертвыми, Киеран! Как я посмела просить их о такой помощи!

— Мы сами решили прийти сюда! — сказал приблизившийся к ним Ур-вен-та.

У него раны тоже сочились кровью, и он тяжело опирался на копье Киерана.