1
0Он целился по сервомоторным узлам, четырьмя точными выстрелами ему удалось заклинить механизмы наведения импульсных орудий, пятым Бестужев навылет прошил ядро системы серва, оснащенного лазером.
Внезапно на охваченном огнем склоне раздался приглушенный взрыв.
– Грей, я же сказал: не вмешивайся!
Еще два кустистых гранатных разрыва выросли на правом склоне, а вслед полыхнула ярчайшая вспышка – рванул энергоблок у одного из сервов!
– Прекратить огонь! – вне себя от ярости закричал Егор.
Его рискованный план рухнул. Предотвратить появление еще одного фаттаха не удалось, а над сухим руслом все ярче разгорались сполохи набирающих силу искажений!
Хондийский истребитель появился из растущего провала в почве. Его окружали тонны поднятых в воздух обломков, среди искореженных конструкций в поле антигравитации, которое генерировали двигатели фаттаха, плавали пласты дерна, вырванный с корнем кустарник, комья глины.
Росчерки лазерных разрядов полоснули вдоль русла. Вершина холма теперь напоминала извергающийся вулкан. Вопли испуганных амрешей потонули в реве и грохоте.
Фаттах вел ураганный огонь, покачиваясь в поле антигравитации.
Репликанты, так не вовремя вступившие в бой, ответили шквалом автоматных очередей.
Не левом берегу загорелась трава, за ней вспыхнул кустарник. От фаттаха полетели клочья органической брони, он дернулся, в судороге обрывая белесые корни, при помощи которых питался, и регенерировал, покоясь в недрах возвышенности.
В следующий миг реальность не выдержала. Столб призрачного света зародился где-то глубоко под землей, ударил в небеса, аура новорожденного темпорала вспухла волдырем, мир на мгновение превратился в стекло, но на этот раз судьба пощадила Егора.
Зловещее сияние охватило площадь в десяток квадратных метров и вдруг стабилизировалось, прекратило расширяться.
Фрагмент реальности застыл навеки.
Сложная, многократно переплетенная структура энергетических нитей сформировала ствол темпорала, от него отделились ветви, устремились вверх.
Фаттах оказался в ловушке. Сдвиг времени законсервировал его.
Оборванная корневая система бионической конструкции обвисла белесыми плетьми, тлеющие головешки, поднятые в воздух, рдели среди завитков дыма, – там, где сияла аура новорожденного энергетического растения, время замедлилось, и для внешнего наблюдателя пройдут годы, прежде чем погаснет пламя, а угли подернутся пеплом.
Егор Бестужев в немом оцепенении следил, как еще один разрыв пространства поглотил фрагмент родного мира.
Вот так мы и уничтожили его. «Сами», – горькая мысль все же прорвалась из глубин рассудка.
Бой стих, но катастрофические явления не прекратились.
