Красив. Богат. Женат (СИ)

И вот взгляд его, мазнув по толпе, останавливается на мне. Черные глаза, блеснув, чуть сощуриваются, уголок губ приподнимается.

- Привет, - выдыхаю, когда между нами остается не больше метра, - рейс немного задержали.

Я понятия не имею, как мне с ним себя вести. Он приехал за мной, ждал, встречает, словно мы пара. Значит ли это, что я могу обнять и поцеловать его?

Очевидно, этот вопрос читается в моих глазах, потому что, глянув в них, Арс хмурится, молча забирает у меня сумку и разворачивается к выходу.

Я шагаю за ним, по пути перехватывая устремленные на него заинтересованные женские взгляды. Ревную, конечно, хотя и понимаю, что на их месте тоже не пропустила бы такого мужчину.

Высокий, красивый. От него веет сексом и уверенностью в себе. И при всем этом выглядит он солидно, несмотря на то, что одет в черную кожаную куртку и джинсы.

Мне по-детски хочется догнать и взять его за руку, что бы все видели, за кем он приехал. Но, спрятав руки в карманах, я молча иду следом.

Нет у меня такого права.

- Как долетела? – спрашивает, снимая машину с сигнализации и забрасывая мой рюкзак на заднее сидение.

- Весь полет проспала, - отвечаю, открывая переднюю пассажирскую дверь.

- Отдохнувшая, значит?

Вопрос с подвохом, и я, закусив губы изнутри, не нахожусь с ответом. Вместо этого, усевшись в кожаное сидение, с замиранием сердца наблюдаю за тем, как, остановившись перед капотом, Кравцов закуривает. Обхватывает сигарету губами и, щурясь от дыма, смотрит на меня через лобовое стекло.

Выпустив порцию дыма, открывает водительскую дверь, садится рядом и опускает стекло. Я поворачиваюсь к нему всем корпусом и, прижавшись щекой к кожаной обивке сидения, смотрю на его профиль.

Мне кажется, он чем-то расстроен или сердит на меня. Вижу, как время от времени нервно поджимаются губы и напрягаются крылья носа.

Протянув руку, легко касаюсь щетины костяшками пальцев. Кожа щеки дергается, но если ему не нравится или неприятно, он молчать не станет.

Однако возражений нет, и я, немного осмелев, повторяю ласку. А затем и вовсе кладу ладонь на его шею и, скользнув ею к затылку, зарываюсь пальцами в короткие черные волосы.

Просто я очень соскучилась.

- Марина, - хрипло проговаривает Арсений, - всего неделя…

- Девять дней, - поправляю быстро, до ужаса испугавшись, что планы его жены изменились, и она решила вернуться раньше.

- Девять дней, - повторяет тихо, - и все это прекратится.

- Зачем ты говоришь это? – спрашиваю, отнимая руку, - я все помню.

Сделав последнюю затяжку, Арс тушит окурок в автомобильной пепельнице и поворачивает ключ в зажигании.

- Хотел убедиться… что помнишь.

Отвернувшись, устремляю свой взгляд в окно.

Помню, конечно, помню. И ложных надежд не питаю. Я же не больная на всю голову идиотка – умею правде в глаза смотреть.