4
0А мне очень интересно посмотреть на вечеринки мажоров, о которых потом неделями шепчутся в вузе, своими глазами.
Немного потусив у зоны отдыха во дворе, вся компания переходит в дом.
Парень Евы учится курсом старше, и друзья его по большей части нам с девочками не знакомы. В основном это детки обитателей Рублевки, что являются в вуз только к сессии.
Наблюдая за тем, как один из парней делает дурацкое селфи на фоне семейного портрета родителей Вована, лезу в задний карман джинсов за вибрирующим там телефоном.
- Да, Мирош! – перекрикиваю хохот ребят.
- Ты все-таки туда поехала?
- Я ненадолго, приедешь за мной через часик?
- Марина… бл*дь!.. Ты мне всю кровь свернула! Я же не разрешал тебе туда ездить!..
- Мне кажется, мы договорились, что я сама себе хозяйка, Мирон…
- Они дурь там употребляют!
- Я взрослая девочка! Сама решаю, с кем и как мне проводить свое время! – перебиваю парня, - я здесь с девочками, и если тебе сложно за мной приехать, то…
- Я приеду прямо сейчас!
- Через час! – выкрикиваю в трубку, но слышу там лишь короткие гудки.
Мать твою! Я не знала!..
Выпрямив спину, кручу головой по сторонам в поисках Евы. Она точно должна быть в курсе.
Неужели Вовчик наркоман?
Внимательней присмотревшись к ржущим парням, вижу, что они действительно ведут себя неестественно.
- Юля-а-а… - касаюсь ее плеча, - что-то мне не нравится здесь, давай уедем.
- Расслабься, - проговаривает заторможено, - здесь о-о-очень круто…
С подозрением глядя на ее бокал, решаю все же попросить Мирона приехать за нами уже сейчас. Поднимаюсь с дивана и иду в поисках более тихого места.
Однако найти его оказывается не так просто. Всюду или пьяные, или обжимающиеся и целующиеся парочки.
Решив, что удобнее позвонить будет на улице, дергаю дверь на себя и врезаюсь в несущегося на меня Вовчика. Со стеклянными от ужаса глазами он толкает меня в стену и быстро теряется в глубинах дома.
- Придурок, - бормочу, потирая ушибленное плечо.
- Облава!!! – кричит кто-то со стороны улицы, и в следующее мгновение в дом врывается группа в черных костюмах и балаклавах.
- Всем на пол! Работает Омон!!! – раздается совсем рядом, и я оказываюсь лежащей на полу с прижатой к грязному кафелю щекой.
В первое мгновение нереальность происходящего вызывает приступ хохота, но когда чей-то ботинок упирается носком в мои ребра, я начинаю осознавать всю серьезность ситуации.
Вместе с осознанием в кровь тонкой струйкой втекает страх, быстро распространившись по всему телу, покрывает кожу пленкой липкого пота.
«Папа» - эта мысль врубает в голове сигнализацию.
Если где-нибудь засветится моя фамилия, у папы будут большие неприятности.
Огромные проблемы по моей вине.
Судорожно копаясь в мозгу в поисках хотя бы одной разумной мысли, осторожно приоткрываю один глаз.
