Хозяин гиблого места

Подожди, я схожу за деньгами, они в комнате…

– Да подавись ты своими деньгами, – беззлобно огрызнулся Ваня и махнул рукой. – У меня денег больше, чем у тебя, сам куплю. А ты про мальчишку думай.

Войтех не стал спорить. Как он и предполагал, его загадочный работодатель не проявил интереса к его инициативе с расследованием. В этот раз Войтеху действительно пришлось оплачивать расходы самостоятельно, чтобы не нарушать легенду. К счастью, Ваня обеспечил их многим необходимым.

– Я самое позднее к одиннадцати вернусь, – тем временем добавил тот, посмотрев на часы и решив, что вполне успевает выпить кофе.

 – Девчонкам расскажи, что к чему, и будьте готовы к моему возвращению, времени и так мало. Кофе на тебя варить?

– Нет, – Войтех мотнул головой. – Я выпью позже. Пойду пока, – он кивнул на входную дверь, – подумаю. На бегу думается хорошо.

Войтех ошибся, надеясь, что Саша воспримет вчерашний эпизод так же философски, как и он. Покинув террасу, она сразу же отправилась спать, уснула крепко и спала хорошо, но вот проснувшись утром, уже не смогла отмахнуться от навязчивых мыслей. Чтобы не будить все еще спавшую Лилю, она оделась и вышла из комнаты.

В доме было очень тихо. На кухне Саша сварила себе кофе, прихватила куртку и сигареты и отправилась на террасу.

К середине чашки ей все же почти удалось убедить себя, что ничего страшного вчера не случилось. Один простой поцелуй никак не мог угрожать ее браку. Даже при своем обостренном неприятии лжи Саша отдавала себе отчет в том, что рассказывать мужу об этом не стоит. Максим мог простить ей очень многое, но не предательство. Конечно, поцелуй сложно назвать предательством, но Максим иногда бывал чересчур вспыльчивым.

Саша не сомневалась в том, что, если он узнает, на любые встречи с Войтехом, а значит, и на поездки, раз и навсегда будет наложен один из тех запретов, которые даже она со своим фантастическим упрямством не решалась нарушать. Впрочем, она всегда давала честный ответ на прямой вопрос, но не говорить лишнего умела, а Максим вряд ли будет спрашивать, не имея поводов ревновать.

И все же два обстоятельства не позволяли ей полностью успокоить себя. Во-первых, Сашу пугали ее собственные ощущения. Уже очень давно обычный поцелуй не вызывал в ней такого головокружения, бешено бьющегося сердца и слабости в ногах, как будто из них в одно мгновение исчезли все кости.

И она точно знала, что виной тому было не вино. Когда на протяжении четырех лет тебя целует только один мужчина, эмоции со временем утихают. Как бы сильно ты его ни любила, его поцелуи уже не вызывают ничего подобного. Саша хорошо знала свою способность терять голову, поэтому оставалось только радоваться тому, что проснулась она все же в собственной постели.