0
0И они подобрели.
– Это очень радует. Обязательно познакомлюсь с ними… потом.
Потому что сейчас мне надоело отвлекаться от главного. Пальцами поднимаю ее подбородок, тяну к себе и целую эти губы, которые не дают покоя. Наконец-то.
Когда он меня целует, мне кажется, что мы можем вырубить электричество во всем доме – так сильно искрит между нами. Он подтягивает меня ближе к себе, целует крепче, правой рукой гладит предплечье, и я чувствую, как разбегаются по телу мурашки.
Я не скромная бедная овечка, поцелуев в моей жизни хватало, но так не было раньше. Чтобы так. Вот прям так! Мне безумно нравится дразнить, кусая его нижнюю губу, и чувствовать, что долго Кай не в состоянии продержаться, просто наглаживая кожу. Его рука уверенно задирает футболку с его же именем на спине, сжимает грудь через лифчик, а потом одним щелчком (быстрее, чем это сделала бы я!) расстегивает его. Еще несколько секунд, и я сойду с ума.
Фамильная футболка летит в сторону, владелец фамилии сам ее туда и выкидывает, а потом к ней присоединяется футболка самого Кая. Издав свое осуждающее «гав», Роберт выползает из комнаты, чтобы не подглядывать, а я сама бы с удовольствием посмотрела, как это выглядит со стороны. С моим участием, конечно! Вот не знаю, заниматься любовью перед зеркалом – это вообще нормально? Как-нибудь проверим, а пока…
Я оказываюсь сверху, как и обещала, но мы все еще частично одеты. Сама стаскиваю с него шорты, не удерживаюсь от шутки:
– Сеня, береги ногу.
– Что? – в таких случаях, как у Кая, говорят: «гость протрезвел».
– Ты с самого детства смотрел спортивный канал, не знаешь классику отечественного кино?
– Я все знаю, Ри, но мне не до шуток.
Да вы поглядите, какой серьезный мачо! Так и хочется еще что-нибудь учудить, но мои собственные бабочки против. Они там отчаянно бьют крыльями, требуя продолжения банкета. Ничего лишнего из одежды не остается, зато появляется «экипировка», а мне опять смешно, что со мной? Разве людям весело, когда они занимаются сексом? Это признак самоиронии или глупости? Да пофиг! Дурацкие несвязные мысли вышибает из меня одной ударной волной, когда мы становимся единым целым, и вместо смеха уже хочется кричать о том, что я с ним, он со мной, и мы друг в друге. Нет, не потерялись, а нашлись, и хотя мы были полноценными до этого, сейчас кажется, что нет и не могло быть других идеальных половин.
Может, слишком рано говорить «люблю», и я не буду торопить, чтобы не обжечься, но мне очень хочется в альбоме для родственников, перевязанном красной ленточкой, написать: вот так родилась любовь.
В поцелуях, от которых расплавился мозг, в прикосновениях, которые не хочется забывать, в царапинах на его ключицах (да, я старалась).
Кай – это мужская сила, которая и притягивает.
