1
0Не надо, – твердо заявила она, немного поразмыслив.
– Потому что люди будут говорить, что ты так к маме подлизываешься.
– А мне – нет! Я буду просто знать, что ты это мне посвящаешь. И все.
– А если без фамилии, просто Дуне?
– Знаешь, Дуня, твоя мама не зря тобой гордится.
Но через десять дней мне улететь не удалось. За два дня до отлета я катила на роликах по набережной, и вдруг дорогу мне перебежала трехцветная, довольно-таки драная кошка. Я еще не успела сообразить хорошо это или плохо, как со всего маху влетела мордой в фонарный столб. У меня в буквальном смысле слова искры из глаз посыпались. Спасло меня только то, что на голове была бейсболка с довольно длинным козырьком. Он несколько самортизировал удар, но здоровенная шишка на лбу и фингал под глазом были мне обеспечены. А хороша бы я была, если бы у меня не сломались темные очки!
Именно потому я и напялила Дунину бейсболку.
Было больно и обидно, просто до слез.
Вера Ивановна при виде меня побледнела.
– Саша, какой ужас! Что с вами случилось?
– Да въехала в фонарный столб и заработала фонарь!
– И вы еще острите! Надо что-то делать!
– В Москве я лечила мужу синяки мазью «Арника», а тут… И как с такой рожей в Москву лететь? – чуть не плакала я.
– Надо отменить полет! У вас может быть сотрясение мозга!
– Нет никакого сотрясения, меня же не тошнит.
– Конечно. А вот шишка вспухла, черт бы ее драл.
Она прикладывала мне к шишке тряпочку со льдом, чем-то мазала синяк, словом, хлопала надо мной крыльями.
Дуня позвонила в аэропорт – поменять билет, а потом потащила меня в аптеку, где работал Габриэль.
Его там еще не было, но его мама, удивительно славная женщина, дала нам какие-то примочки, ощупала мою голову и пообещала, что дней через пять все пройдет. Но описать, в какую ярость впала Эмма, у меня не хватает слов.
– Ты что, ребенок? Не соображаешь ничего? Я всегда знала, что это плохо кончится! На роликах ей вздумалось кататься, а под ноги смотреть не надо? Да через неделю уже репетиции начинаются! Ты тут нужна, к тебе вопросы есть, а ты там с битой мордой… Очень больно было? Ладно, лечись с утра до ночи. Все, пока. Про ролики забудь и Дуньке заодно запрети! А то, не дай бог, тоже морду расшибет. А ей еще замуж выходить. Все!
И она в сердцах швырнула трубку.
– Мама на тебя орала? – поинтересовалась Дуня.
– Потому что она тебя любит. Я еще совсем маленькая была, как коленку ушибу или палец порежу, мама сразу вопить начинала…
– И не обиделась на нее?
– На что ж обижаться, если мама кругом права. Это все из-за кошки…
– Какого цвета кошка?
– Это точно к счастью.
– Да ну – к счастью, к несчастью, не знаю, но новый этап в моей жизни начинается, это точно.
И я рассказала ей о своих встречах с кошками.
– Значит, белую кошку ты выбросила? А черная у тебя на столе стоит.
