6
0– Сегодня ночью, – отчеканила Амалия, – ваш слуга Петр Линьков пробрался в спальню Евгении Викторовны и пробыл тут некоторое время. Его видели, так что отпираться бесполезно. Нам известно, что он что-то искал, и мы хотим понять, что именно это было…
Тем временем Дуняша с расстроенным видом задвинула последний ящик комода.
– Желтый конверт, – сказала она.
– Что? – живо обернулась к ней Амалия.
– У Евгении Викторовны был с собой желтый конверт, – волнуясь, проговорила горничная. – Она хранила там что-то важное и говорила, что он должен ей помочь…
– Какой желтый конверт? – изумился Колбасин. – Дуняша, о чем это ты?
– У нее был конверт, – упрямо повторила девушка. – Очень важный. Она хранила его в книжке с пьесами, вот здесь, в нижнем ящике. Сейчас книга на месте, а конверта нет.
Анатолий Петрович в изумлении развел руками.
– Что это за конверт? – требовательно спросила Амалия. – Может быть, там хранились деньги?
– Нет, – замотал головой режиссер, – нет! Деньги хранились частично у меня, частично у нее в шкатулке. Вон она, на прикроватном столике, Евгения… она никогда ее не прятала…
У него задрожали губы, когда он произносил имя жены. Амалия внимательно посмотрела на него и отвернулась. А ведь любил этот нелепый маленький человечек свою жену, ой как любил… По-настоящему. И на что она променяла его любовь? Точнее, на кого?
Как глупо, боже мой, как глупо…
– Идите, Дуняша, и позовите Эльзу Карловну, пусть она запрет дверь, – распорядилась Амалия. – У меня нет ключа.
И она направилась в комнату лакея Линькова, который неожиданно оказался на первом плане драмы, разворачивающейся в «Кувшинках».
Глава 15. Желтый конверт
Следует отдать Линькову должное: с видом полного смирения он сидел на старом стуле, пока Иван Иванович обыскивал его немногочисленное имущество, умещавшееся в одном обшарпанном чемоданчике. Возле Линькова стоял тот самый полицейский, который и сказал Амалии о шагах в комнате наверху. Поняв свою ошибку, он взирал на Петра с подозрением и неудовольствием, словно хотел сказать: «Знаем мы, знаем, что ты за шельма! Вот ужо погоди, господин следователь до тебя доберется…» Но пока все, что нашел добросовестный Иван Иванович, имело отношение исключительно к персоне самого Линькова и никак не могло послужить доказательством его ночного похода в опустевшую спальню на другом конце коридора.
– Желтый конверт, – объявила Амалия, стремительным шагом входя в комнату. – Куда ты его дел?
Да, Петр Линьков держался хорошо – до этого вопроса, но тут что-то в его лице дрогнуло, и Иван Иванович окончательно убедился, что баронесса Корф была права.
– Какой конверт… – начал слуга, ища взглядом бледного Колбасина, остановившегося в дверях.
Но тут Игнатова постигло озарение.
