6
0– Но теперь я думаю, что она пришла туда не из-за господина Ергольского.
– Почему? – быстро спросил Игнатов.
– Понимаете, когда она махала рукой, это было для кого-то, кто ее видел, а Матвей Ильич в тот момент отвернулся от окна.
…Слушая ее, Иван Иванович разрывался между желанием поверить – и нежеланием оказаться одураченным. Женщина в синем платье. Женщина в яркой шляпке. Женщина с сумочкой.
С сумочкой, в которой, может быть, уместится дамский револьвер с перламутровой рукояткой? А почему бы и нет, собственно говоря…
Ясно одно: если эта дама вчера была в саду Ергольского, значит, ее надо найти. Не могла же она появиться из ниоткуда…
– Может быть, потому и отвернулся, что не хотел ее видеть, – желчно предположил Башилов.
– Скажите, Наталья Андреевна, – вмешался следователь, – вы бы могли опознать эту даму, если бы увидели ее снова?
Почему она заколебалась, прежде чем ответить? Потому, что пыталась реально оценить свои возможности, или потому, что ей все же стало страшновато водить его, Игнатова, официальное лицо, за нос?
– Хорошо, – сдался следователь. – Теперь поговорим о том, где вы были сегодня днем.
Услышав эти слова, Башилов засопел еще неприязненнее. Он полагал, что теперь нахальный мальчишка не преминет выведать у Натали все подробности их с Сержем разговоров, но следователь оказался весьма тактичен и удовольствовался только общими показаниями.
Да, Натали была дома, когда появился Серж. И так как стояла прекрасная погода, они отправились на озеро и катались там на лодке.
Нет, Иннокентия Ободовского на берегу она не заметила. Натали запомнила только детей, кажется, это сыновья управляющего «Кувшинками». Сначала они удили рыбу, а потом кто-то из детей прыгнул в воду, наверное, баловства ради. Вскоре после этого Натали засобиралась домой, потому что стало слишком жарко, и Серж проводил ее до самых дверей.
– Я пригласила его войти, – добавила она, умоляюще глядя на следователя. – Он хотел согласиться, но потом сказал, что… что беспокоится за Поля и хотел бы его найти.
– В каком смысле беспокоится? – быстро спросил Игнатов.
– Он боялся, как бы Поль чего-нибудь с собой не сделал. Поль очень переживал из-за… – Натали запнулась. – Ему казалось, что вся эта ситуация… присутствие Ободовского… что это унижает отца, и его, и всех…
И тут Иван Иванович решил рискнуть.
– Мне казалось, – негромко заметил он, – что у Евгении Викторовны и раньше случались увлечения…
– Да, – кивнула Натали, – это так. Но раньше она умела… умела сдерживать себя, а сейчас…
Башилов поморщился. Будь они наедине, он бы без обиняков высказал этому молокососу все, что думал по этому поводу.
