Искуситель

Губы дрожат, она делает несколько неуверенных шагов вперед.

Стоит исчезнуть, вернуться домой быстрее, чем у смертной возникнут вопросы или желание закричать, позвать сюда остальных, но я не могу пошевелиться. Смотрю в блестящие от слез глаза и понимаю, что вижу эту девушку далеко не впервые. Несколько раз, когда я спускался на Землю в поисках тишины и покоя, она – ее силуэт я видел лучше прочих, она всегда стояла ближе – наблюдала за мной со стороны деревни. Украдкой, притаившись за деревом, никогда не выглядывая и не говоря ни слова.

Мы оба предпочитали делать вид, что на самом деле не замечаем друг друга. И до этого дня такой расклад меня вполне устраивал. Никогда у меня не возникало желания пообщаться со смертными лично – одна из заповедей Создателя запрещала контактировать с ними напрямую. Мы, ангелы, обязаны приглядывать за смертными и направлять их на путь истинный, но никогда не показываться им на глаза. Никогда не заводить любимчиков.

Жестокие, не имеющие ничего общего с добродетелями правила.

– Все-таки ты настоящий, – надрывно, хрипло шепчет девушка, подходя ко мне все ближе. Длинная коса, перекинутая через плечо, подскакивает в такт движениям. – Я так часто приходила сюда в надежде хоть раз увидеть тебя поближе. Хотя бы раз…

Словно зачарованная, она смотрит на мои расправленные за спиной крылья, с благоговейным трепетом переводит взгляд на сверкающие золотом глаза и падает на колени в нескольких шагах от меня. Тянется длинными, мозолистыми от работы в поле пальцами к светлой мантии, украшенной золотом – нанесенными прямо на ткань словами Создателя. Давно потухшими, забытыми.

И ни одной из семи добродетелей в нем не осталось. Теперь он увлечен лишь грехами и пороками, какие придумывает изо дня в день. Адом и Дьяволом, каких создал на потеху себе и смертным. Тем самым смертным, что и так шагу ступить боялись без одобрения Бога.

– Встань, Сильвия, – произношу я мягко. Брови сведены к переносице, в уголках глаз залегли малозаметные пока морщины. Улыбка выходит блеклой и едва ли искренней. – Так ведь тебя зовут?

– Ты… Откуда ты знаешь?

Сильвия заикается, пятится и с трудом поднимается на дрожащие от волнения ноги. Даже на расстоянии чувствуется ее страх перед существом, равным Богу. Перед одним из первых его детей – об ангелах среди ее народа ходят легенды, но далеко не все из них правдивы, большая часть придумана отцом и скормлена смертным потехи ради.

– Прости, если повела себя не как подобает. Я никогда раньше… Я никогда не встречалась с детьми Господа. Мне же не снится? Я так часто видела тебя с того берега, но ни разу не решилась кому-то рассказать. Думала, может, Господь так меня проверяет.